Утвержден постановлением Президиума Ивановского областного суда

Утвержден постановлением Президиума Ивановского областного суда

от  7 апреля 2017 года

О Б З О Р

законодательства и судебной практики Ивановского областного суда

за первый квартал 2017 года

 

1.      Нормативные акты

 

Законы Ивановской области

 

Об установлении даты начала начисления пени на сумму недоимки по налогу на имущество физических лиц, подлежащему уплате за налоговый период 2015 года, в Ивановской области

№ 11-ОЗ

От 07.03.2017 г.

Указы Губернатора Ивановской области

 

Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в Ивановской области за 1У квартал 2016 года

№ 6-уг

От 13.01.2017 г.

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

 

  1. Назначение наказания

 

1.1. По смыслу уголовного закона (ст.ст. 44, 47 УК РФ) при осуждении лица за совершение преступления, за которое в качестве наказания (основного или дополнительного) предусмотрено лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, назначение ему одновременно как лишения права занимать определённые должности, так и лишения права заниматься определённой деятельностью не допускается.

                                                  

Приговором мирового судьи судебного участка № 3 Кинешемского судебного района в Ивановской области от 20 апреля 2016 года Е. осуждён по ст. 2641 УК РФ к 1 году лишения  свободы в исправительной колонии строгого режима с лишением права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, на срок 3 года.

Апелляционным постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 2 августа 2016 года приговор в части квалификации действий осуждённого и назначенного наказания оставлен без изменения.

По кассационной жалобе осужденного Е., переданной в президиум Ивановского областного суда постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации, состоявшиеся судебные решения изменены по следующим основаниям.

По смыслу закона (ст.ст. 44, 47 УК РФ) при осуждении лица за совершение преступления, за которое в качестве наказания (основного или дополнительного) предусмотрено лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, назначение ему одновременно как лишения права занимать определённые должности, так и лишения права заниматься определённой деятельностью не допускается.

Согласно приговору Е. в качестве дополнительного наказания назначены две указанные самостоятельные меры, предусмотренные санкцией ст. 2641 УК РФ как альтернативные друг другу, что не соответствует требованиям уголовного закона.

Ошибка суда первой инстанции не была исправлена при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке. Допущенное судами нарушение (неправильное применение) уголовного закона является существенным, повлиявшим на исход дела.

Постановлением президиума Ивановского областного суда от 17 марта 2017 года приговор мирового судьи и апелляционное постановление в отношении Е. изменены:

- исключено дополнительное наказание в виде лишения права занимать определённые должности,

- постановлено считать, что Е. назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 3 года.

Постановление по делу № 44у-5/17

 

1.2. Приговор суда изменен в связи с неправильным применением уголовного закона: снижено окончательное наказание, назначенное по правилам статей 70 и 71 УК.

Приговором Советского районного  суда  города Иваново  от  16 января 2017 года  А., ранее судимый за два преступления, предусмотренные ст.264.1 УК РФ, к наказанию в виде обязательных работ, которое не отбыто, осуждён по ч.3 ст. 30 и п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы на 2 года, с применением ст. 70, 71, 72 УК РФ к лишению свободы на 2 года 1 месяц с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением любыми транспортными средствами, на срок 2 года, в исправительной колонии общего  режима.  

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев доводы апелляционного представления, пришёл к выводу о том, что судом неправильно применен уголовный закон в части назначенного наказания.

Судом неправильно применены положения ст. 70 УК РФ, регулирующей вопросы назначения наказания при совокупности приговоров.

Как указано в резолютивной части приговора, суд избрал принцип частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

При решении вопроса о назначении наказания по совокупности приговоров следует выяснять, какая часть основного и дополнительного наказания реально не отбыта лицом по предыдущему приговору на момент постановления приговора. Кроме того, неотбытое по предыдущему приговору дополнительное наказание присоединяется к основному наказанию, назначенному по совокупности приговоров.

Как следовало из материалов уголовного дела, мировым судьей за совершенные преступления, предусмотренные ст.264.1 УК РФ, в качестве основного наказания А. назначены обязательные работы. В качестве дополнительного наказания А. установлен запрет на занятие деятельностью, связанной с управлением любыми видами транспортных средств.

Приговор мирового судьи вступил в законную силу 25.02.2016 и фактически исполнялся. Так, по состоянию на 16.01.2017 (дата вынесения приговора) А. согласно представленным суду сведениям не отбыто 112 часов обязательных работ.

Таким образом, неотбытой частью данного наказания являлись именно 112 часов обязательных работ. С учётом правил, предусмотренных ст. 71 УК РФ, при частичном или полном сложении наказаний по совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют восемь часов обязательных работ. В связи с этим, неотбытой частью наказания являлись с учетом порядка установленного законом расчёта - 14 дней лишения свободы.

Применяя принцип частичного присоединения, суд первой инстанции не мог присоединить 1 месяц к вновь назначенному наказанию в виду отсутствия такого неотбытого срока.

Согласно положениям ч. 4 ст. 47 УК РФ в случае назначения  дополнительного наказания в виде запрета на занятие определенным видом деятельности в качестве дополнительного к обязательным работам его срок исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу. В случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

Согласно представленной информации уголовно-исполнительной инспекцией А. в период до фактического назначения ему наказания в виде лишения свободы и заключения его под стражу по последнему приговору отбывал данную разновидность дополнительного наказания.

Неотбытым остался срок наказания в виде запрета на занятие деятельностью, связанной с управлением любыми транспортными средствами, в виде 1 года 1 месяца 8 дней. Присоединение всего назначенного срока данного дополнительного наказания в виде 2 лет также было невозможно.

Судебной коллегией приговор изменён, назначенное А. окончательное наказание в соответствии со ст. 70 71 УК РФ снижено до 2 лет 10 дней лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением любыми транспортными средствами, на срок на 1 год 1 месяц 8 дней.

Апелляционное определение по делу №22-0385/2017

                                                                                                                                                           

1.3. Приговор суда изменен в связи с неправильным применением уголовного закона: снижено окончательное наказание, назначенное по правилам статей 70 и 71 УК.

Приговором Советского районного суда города Иваново от 17 января 2017 года П., ранее судимый, в том числе приговором Шуйского городского суда Ивановской области от 01 апреля 2016 года по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на 10 лет с ограничением свободы на 1 год, осуждён по ч. 1 ст. 297 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком на 280 часов с применением ст. 70, 71 УК РФ к лишению свободы на 10 лет 1 месяц в исправительной колонии строгого  режима, с ограничением свободы на 1 год с установлением ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что судом неправильно применен уголовный закон при назначении осужденному окончательного наказания в соответствии с положениями ст. 70 УК РФ, согласно которым при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору, полностью или частично присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору.

Правильно процитировав в приговоре приведенную норму закона, суд, тем не менее, к вновь назначенному наказанию в виде 280 часов обязательных работ (которое, согласно п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ при сложении наказаний соответствует 35 дням лишения свободы) фактически присоединил наказание в виде 9 лет 11 месяцев 25 дней лишения свободы, назвав его не отбытым осужденным по приговору Шуйского городского суда Ивановской области от 01 апреля 2016 года.

По указанному приговору в срок отбывания П. наказания зачтено время содержания его под стражей с 16 сентября 2015 года по 31 марта 2016 года, а с 01 апреля 2016 года по 16 января 2017 года осужденный отбывал назначенное ему лишение свободы.

Таким образом, на момент вынесения обжалованного судебного решения не отбытая П. часть основного наказания, назначенного по предыдущему приговору, составляла 8 лет 7 месяцев 29 дней лишения свободы, и именно она подлежала частичному присоединению к вновь назначенному наказанию.

Исходя из принципа, предусматривающего присоединение к вновь назначенному наказанию лишь неотбытой части наказания по предыдущему приговору, судебная коллегия приговор изменила, снизила назначенное в виде лишения свободы в соответствии со ст. 70, 71 УК РФ окончательное наказание до 8 лет 8 месяцев 5 дней лишения свободы. Из приговора исключено указание на зачёт времени содержания П. под стражей в период с 16 сентября 2015 года до 01 апреля 2016 года; времени отбытого наказания по приговору Шуйского городского суда Ивановской области от 01 апреля 2016 года с 01 апреля 2016 года до 17 января 2017 года.

Апелляционное постановление по делу №22-0386/2017

 

1.4. Приговор суда изменен: с учётом характера и степени общественной опасности совершенного преступления назначенное осуждённому наказание усилено.

Приговором Советского районного  суда  города Иваново  от  06 февраля 2017 года  К. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к лишению свободы на 4 года в исправительной колонии общего режима.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев доводы апелляционного представления, пришёл к выводу о том, что судом не в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, назначено необоснованно мягкое наказание.

Согласно ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В соответствии с  ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

Характер общественной опасности обусловлен важностью объекта посягательства. Степень общественной опасности определяется, в первую очередь, тяжестью причиненного преступлением вреда. При этом степень общественной опасности зависит и от формы вины.

Преступление, совершенное К., представляет повышенную общественную опасность, посягает на телесную неприкосновенность человека, его здоровье. При том, что здоровье человека является важнейшим социальным благом и охраняется государством (ст. 41 Конституции РФ). К. при совершении преступления действовал с прямым умыслом, находясь в состоянии алкогольного опьянения.  В качестве предмета, используемого в качестве оружия, использовал нож. В результате его преступных действий потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.

Данные обстоятельства не позволили признать назначенное наказание справедливым и соответствующим целям его назначения (восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению свершения им новых преступлений) по причине его чрезмерной мягкости по своему размеру.

Судебной коллегией приговор изменён, назначенное К. наказание в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389. 29 УПК РФ усилено до 6 лет лишения свободы.

Апелляционное определение по делу №22-0444/2017

 

 

2. Процессуальные вопросы

 

2.1. Приговор суда отменён в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона: дело рассматривалось в особом порядке при отсутствии для этого предусмотренного законом обязательного условия.

Приговором Вичугского городского суда Ивановской области от 19 декабря 2016 года Е. осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158, по ч.3 ст.30 и п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к лишению свободы на 2 года 10 месяцев в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 9 месяцев с установлением ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ.

По смыслу ч. 1 ст. 314, ч. 4, 7 ст. 316 УПК РФ, рассматривая вопрос о возможности принятия судебного решения по ходатайству обвиняемого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, судам надлежит устанавливать, имеются ли необходимые для этого условия.

Основанием и обязательным условием постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке является согласие подсудимого с предъявленным обвинением в полном объеме.

По смыслу п. 22 ст. 5, п. 4, 5 ч. 2 ст. 171 и ч. 1 ст. 220 УПК РФ применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, заявляя ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причиненного деянием обвиняемого.

Согласно протоколу судебного заседания по обвинению в краже имущества на вопросы председательствующего подсудимый подтвердил, что обвинение ему понятно, вину в совершении преступления он признает, с предъявленным обвинением согласен.

Однако позиция подсудимого по гражданскому иску в протоке судебного заседания не отражена. В приговоре при этом указано, что подсудимый исковые требования в части заявленной суммы не признал, «сообщив об отсутствии средств».

При проверке аудиозаписи хода судебного заседания установлено, что на вопросы государственного обвинителя подсудимый пояснял, что с гражданским иском он не ­согласен, так как не согласен с суммой ущерба; далее его позиция в суде первой инстанции не выяснялась.

Таким образом, доводы осужденного суду апелляционной инстанции о том, что он не был согласен с оценкой похищенного имущества по преступлению от 26.10.2016, предусмотренному п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и сообщал об этом суду первой инстанции, нашли подтверждение в суде апелляционной инстанции.

Высказывая позицию по гражданскому иску, подсудимый выразил по существу несогласие с фактическими обстоятельствами дела, изложенными в обвинении - размером вреда, причинного его деянием.

Такая позиция подсудимого означала отсутствие обязательного условия для продолжения рассмотрения дела в особом порядке, требовала его прекращения и назначения рассмотрения уголовного дела в общем порядке согласно ч. 6 ст. 316 УПК РФ.

Судебной коллегией приговор отменён с направлением дела на новое рассмотрение.

Апелляционное постановление по делу №22-0222/2017

 

2.2. Постановление о продлении срока содержания под стражей отменено в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока ареста отказано, обвиняемый из-под стражи освобождён.

Постановлением Октябрьского районного суда города Иванова от 01 февраля 2017 года А., обвиняемому  в совершении преступления,  предусмотренного п. «а,в» ч. 2 ст. 126 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 8 месяцев 21 суток, то есть до 02 марта 2017 года.

Принимая решение о продлении обвиняемому А. срока содержания под стражей, суд первой инстанции учитывал характер и степень общественной опасности инкриминированного ему деяния, за которое предусмотрено наказание от 5 до 12 лет лишения свободы; данные о личности обвиняемого, имеющего непогашенную судимость, склонного к противоправному поведению, и пришёл к выводу о том, что, находясь на свободе, обвиняемый А. может скрыться от следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыть или уничтожить доказательства по делу.

Суд апелляционной инстанции счёл указанный вывод не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования должна являться предметом проверки суда при рассмотрении ходатайств о продлении срока содержания под стражей. Когда ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается неоднократно по мотивам необходимости выполнения следственных действий, указанных в предыдущих ходатайствах, суду надлежит выяснять причины, по которым они не были произведены. Если причина заключается в неэффективной организации расследования, это может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства.

Из материалов дела видно, что длительное нахождение обвиняемого А. под стражей связано с неэффективной организацией предварительного расследования. Так, в обоснование ходатайства о продлении срока содержания А. под стражей до 02 марта 2017 года следователем приведены те же самые мотивы необходимости выполнения следственных и процессуальных действий, что и при предыдущем продлении, а именно: необходимость получения заключения комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы, предъявления М. и А. обвинения, выполнения требований статей 215-217 УПК РФ.

Сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого под стражей суду необходимо не только проверять наличие предусмотренных статьями 97, 98, 108 УПК РФ оснований и обстоятельств, которые учитывались ранее при избрании данной меры пресечения, но и устанавливать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

Только лишь тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, которые могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу на первоначальных этапах производства по уголовному делу, в дальнейшем не могут признаваться достаточными обстоятельствами для продления срока действия данной меры пресечения.

А. обвиняется в совершении особо тяжкого преступления при наличии у него судимости, вместе с тем он имеет постоянное место жительства и регистрации на территории города Иваново, работал, состоит в зарегистрированном браке, имеет троих несовершеннолетних детей, то есть имеет устойчивые социальные связи.

Достаточных данных о том, что на стадии окончания предварительного расследования обвиняемый может скрыться либо продолжить заниматься преступной деятельностью, сокрыть или уничтожить доказательства органами следствия суду не представлено и в постановлении не приведено. Не свидетельствует о возможности обвиняемого скрыться, продолжить преступную деятельность или уничтожить доказательства и отсутствие сведений о местонахождении потерпевшего Д.

Таким образом, достаточных данных о том, что к обвиняемому А. в настоящее время не может быть применена более мягкая мера пресечения, органом следствия суду не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также срок нахождения обвиняемого под стражей более 8 месяцев, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о необходимости отмены постановления суда и вынесении решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания А. под стражей. А. из-под стражи освобождён.

Апелляционное постановление по делу №22-0378/2017

 

2.3. Постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу отменено в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, производство по ходатайству следователя прекращено, обвиняемый из-под стражи освобождён.

Постановлением Фрунзенского районного суда города Иваново от 08 февраля 2017 года Р., обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 135 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 01 месяц 05 суток, то есть до 11 марта 2017 года.

08 февраля 2017 года во Фрунзенский районный суд города Иваново поступило ходатайство старшего следователя Пучежского межрайонного СУ СК РФ по Ивановской области, согласованное с руководителем СО по Фрунзенскому району города Иваново СУ СК РФ по Ивановской области об избрании Р. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Из указанного ходатайства следователя и представленных суду материалов дела с достоверностью усматривалось, что Р. проходит военную службу в Вооружённых силах РФ в войсковой части 41520 в звании капитана.

В соответствии с ч. 4 ст. 108 УПК РФ постановление о возбуждении ходатайства об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу подлежит рассмотрению единолично судьёй районного суда или военного суда соответствующего уровня.

Согласно ч. 5 ст. 31 УПК РФ гарнизонный военный суд рассматривает уголовные дела о всех преступлениях, совершённых военнослужащими и гражданами, проходящими военные сборы, за исключением уголовных дел, подсудных вышестоящим военным судам.

В силу положений ч. 9 ст. 31 УПК РФ к полномочиям военного суда соответствующего уровня относится и принятие в ходе досудебного производства по уголовному делу решений, указанных в ч. 2 и ч. 3 ст. 29 УПК РФ, в том числе и об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

По смыслу указанных норм закона в их взаимосвязи рассмотрение вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении военнослужащих и граждан, проходящих военные сборы, подсудно военному суду.

Изложенное свидетельствует о нарушении при избрании меры пресечения в отношении Р., являющегося военнослужащим, правил подсудности, что в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.15 и ст. 389.17 УПК РФ явилось безусловным основанием для отмены постановления.

Суд апелляционной инстанции также пришёл к выводу о нарушении правил подследственности, поскольку в суд с ходатайством об избрании Р. в качестве меры пресечения заключения под стражу обратилось неуполномоченное на то должностное лицо.

Согласно ст. 12 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-ФЗ (ред. от 28.12.2016) «О следственном комитете РФ» в систему Следственного комитета входят специализированные (в том числе военные) следственные управления и следственные отделы.

В силу п. 4.5 Приказа Следственного комитета РФ от 15.01.2011 № 4 «Об утверждении юрисдикции специализированных следственных органов Следственного комитета РФ» предварительное расследование по уголовным делам о преступлениях, совершённых военнослужащими, осуществляется военными следственными органами СК РФ.

Следственный отдел по Фрунзенскому району города Иваново СУ СК РФ по Ивановской области в состав военных следственных органов СК РФ не входит.

К числу неотложных следственных и процессуальных действий, проведение которых оправдано до принятия решения о передаче уголовного дела по подследственности, разрешение вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу не относится.

При таких обстоятельствах производство по ходатайству старшего следователя Пучежского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Ивановской области об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Р. судом апелляционной инстанции прекращено.

Апелляционное постановление по делу №22-0413/2017

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

 

1. Правовые основания, предусмотренные для расторжения договора банковского счета, не могут, в силу действующего законодательства, одновременно являться основаниями для изменения смешанного договора.

 

Н. обратился в суд с иском к Банку «…» об изменении договора об использовании кредитной карты путем закрытия банковского счета №. «…».

Решением Ленинского районного суда г. Иваново от 10 ноября 2016 года исковые требования Н. удовлетворены, на Банк возложена обязанность изменить смешанный договор об использовании кредитной карты  путем закрытия банковского счета № «…». С ответчика в доход бюджета г.Иваново взыскана государственная пошлина.

Не согласившись с решением суда, Банк обратился с апелляционной жалобой, в которой поставил вопрос об отмене решения и отказе в удовлетворении требований истца.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда решение суда первой инстанции отменено с вынесением по делу нового решения, которым в удовлетворении исковых требований Н.отказано. При этом судебная коллегия указала следующее.

Из анализа заключенного сторонами договора следует, что данный договор относится к числу смешанных, поскольку содержит в себе элементы договора банковского счета, а также кредитного договора, заключен путем присоединения к условиям, изложенным в Правилах предоставления и использования кредитных карт.

В силу положений ст.450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой сторон; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Открытие и ведение  счета являлось условием договора, заключенного между истцом и ответчиком, и содержится в Правилах предоставления и использования банковских карт. Операции по счету являются способом исполнения обязательств, принятых на себя сторонами.

В соответствии с Правилами предоставления и использования банковских карт, с которыми истец полностью согласился при заключении договора, средства с открытого ответчиком  счета  могут быть использованы только для расчетов по операциям, оплаты услуг Банка по совершенным операциям и погашению задолженности, возникшей в связи с предоставлением кредита.

Таким образом, открытый счет и операции по нему являются способом исполнения обязательств, принятых на себя сторонами.

Поскольку сторонами договора не достигнуто согласия по изменению договора в части закрытия банковского счета, его изменение, в соответствии с действующим законодательством, возможно в судебном порядке только при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 428, 450 ГК РФ.

Заявление о закрытии счета в силу ст.859 ГК РФ является основанием для расторжения договора банковского счета.

Принимая во внимание, что сторонами заключен смешанный договор, закрытие банковского счета является изменением условий договора. Поэтому правовые основания, предусмотренные для расторжения договора банковского счета, не могут, в силу действующего законодательства, одновременно являться основаниями для изменения смешанного договора.

При таких обстоятельствах вывод суда о наличии правовых оснований для изменения условий договора в части закрытия счета является ошибочным, поскольку основан на неверном толковании норм действующего законодательства.

Определение по делу № 33-224/2017

 

2. Предъявление претензии ответчику лицом, не являющимся стороной спорного правоотношения, не может расцениваться в качестве доказательства, подтверждающего факт соблюдения претензионного (досудебного) порядка урегулирования спора.

 

ООО «…» обратилось с иском к Д. о расторжении договора купли – продажи автомобиля и взыскании убытков.

Исковые требования мотивированы тем, что проданный Д. ООО «…» на основании договора купли-продажи (в рамках программы «TRADE-IN») принадлежащий ему автомобиль является товаром ненадлежащего качества, что препятствует его постановке на регистрационный учет, а, следовательно, невозможностью его допуска к участию в дорожном движении, а также его продажи ООО «…»  новому собственнику.

Решением Родниковского районного суда Ивановской области от 18.10.2016 года исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с состоявшимся судебным решением, Д. принесена апелляционная жалоба, в которой поставлен вопрос об его отмене и отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Отменяя состоявшееся по делу судебное решение, и оставляя исковое заявление без рассмотрения, судебная коллегия указала, что споры об изменении, расторжении договора предусматривают обязательное соблюдение претензионного (досудебного) порядка урегулирования спора. Вместе с тем судом установлено, что имеющаяся в деле претензия предъявлена ответчику лицом, не являющимся стороной спорного правоотношения, и не содержит требования о расторжении указанного договора купли-продажи, которое было предъявлено истцом при обращении в суд с настоящим иском. Непосредственно от ООО «…» в адрес Д. письменных претензий не предъявлялось, что истцом не отрицалось. В этой связи судом апелляционной инстанции сделан обоснованный вывод о несоблюдении последним досудебного порядка урегулирования спора.

Определение по делу № 33-163/2017

 

3. Положения ст.333 ГК РФ, предусматривающие возможность снижения начисленной по договору неустойки по заявлению ответчика, неприменимы к отношениям, связанным со взысканием задолженности по кредиту и процентов за пользование кредитными денежными средствами.

 

АО «…» обратилось в суд с иском к К. о взыскании задолженности по договору кредитной карты, мотивировав свои требования ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по кредитному договору.

Решением Тейковского районного суда Ивановской области от 18 ноября 2016 года  требования банка удовлетворены частично.

С указанным решением АО «…» не согласилось, обратилось с апелляционной жалобой.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции отменено в части взыскания с К. в пользу АО процентов и штрафных процентов, изменено в части взыскания общей суммы задолжности и расходов по уплате государственной пошлины с принятием в отменной и изменой частях нового судебного решения.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции счел возможным применить к спорным правоотношениям положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер платы за пропуск платежей, а также размер просроченных процентов.

Вместе с тем, судебная коллегия указала, что положениями ст.333 ГК РФ регулируется вопрос об уменьшении неустойки.

В силу ст.330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В силу ст.333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В данном случае начисление процентов и штрафа предусмотрено Общими условиями предоставления и обслуживания кредитных карт Банка. Полная информация о предоставляемом кредите и всех платежах по кредитному договору, в том числе о процентной ставке, порядке и размере начисления штрафных процентов за просрочку погашения кредита доведена до ответчика при его обращении в Банк.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что взыскиваемая банком сумма является процентами за пользование кредитом и не может быть квалифицирована в качестве меры  ответственности по договору.

Соответственно, положения ст.333 ГК РФ, регулирующие правовую возможность снижения начисленной по договору неустойки по заявлению ответчика, не применимы, так как в данном случае речь идет о задолженности по уплате процентов за пользование кредитом, а не о неустойке. Соответственно указанная  сумма  уменьшению по ст.333 ГК РФ не подлежит.

Определение по делу № 33-412/2017

 

4. Почетные грамоты ЦК Профсоюза работников народного образования и науки Российской Федерации не отнесены и не приравнены к ведомственным знакам отличия в труде, почетным званиям или государственным наградам, являющимся в соответствии с Федеральным законом «О ветеранах» основанием для присвоения гражданину звания «Ветеран труда».

 

Т. обратилась с иском к Департаменту социальной защиты населения Ивановской области о признании права на присвоение звания «Ветеран труда», мотивируя незаконностью решения комиссии Департамента социальной защиты населения Ивановской области для рассмотрения вопросов, связанных с присвоением званий «Ветеран труда» и «Ветеран труда Ивановской области» об отказе в присвоении звания «Ветеран труда» и исключении из списка граждан на присвоение указанного звания, поскольку  факт награждения ее Почетной грамотой Президиума Центрального Комитета Профсоюза работников народного образования и науки Российской Федерации за активную многолетнюю работу в Профсоюзе и наличие трудового стажа продолжительностью 37 лет являются основанием для присвоения звания «Ветеран труда».

Решением Ленинского районного суда г.Иваново от 29.11.2016 года исковые требования истца удовлетворены.

С решением суда не согласился ответчик, подав апелляционную жалобу. 

Отменяя принятое по делу судебное решение с вынесением нового судебного решения, которым в удовлетворении исковых требований Т. отказано, судебная коллегия указала, что при решении вопроса о присвоении гражданину звания «Ветеран труда» требуется соблюдение таких условий, как наличие общего трудового стажа, необходимого для назначения пенсии по старости, и награждение ведомственными знаками отличия в труде.

Вместе с тем, в силу действующего законодательства Почетные грамоты ЦК Профсоюза работников народного образования и науки Российской Федерации не отнесены и не приравнены к ведомственным знакам отличия в труде, почетным званиям или государственным наградам, являющимся в соответствии с Федеральным законом «О ветеранах» основанием для присвоения звания «Ветеран труда».

Кроме того, судебной коллегией отмечено, что в силу п.1 ст.3 Закона Ивановской области от 03.11.2006 года №95-ОЗ решение о присвоении звания «Ветеран труда» принимается Губернатором Ивановской области на основании документов, подготовленных центральным исполнительным органом государственной власти Ивановской области по социальной защите населения. В этой связи комиссия Департамента социальной защиты населения Ивановской области для рассмотрения вопросов, связанных с присвоением званий «Ветеран труда» и «Ветеран труда Ивановской области», правомочием по присвоению гражданину звания «Ветеран труда» не обладает. 

Определение по делу № 33-424/2017

 

5. Исходя из положений статьи 948 Гражданского кодекса Российской Федерации, страховая стоимость имущества, указанная в договоре страхования, не может быть впоследствии оспорена, за исключением случая, когда страховщик, не воспользовавшийся до заключения договора своим правом на оценку страхового риска был умышленно введен в заблуждение относительно этой стоимости.

 

М. обратилась в суд с иском к САО «…» о взыскании страхового возмещения, мотивируя свои требования заключением договора добровольного страхования имущества (жилого дома и бани) и наступлением в течение срока действия указанного договора страхового случая – пожара в жилом доме. В свою очередь САО «…» обралось к М. со встречным иском о признании ничтожным договора страхования в части превышения страховой суммы над страховой стоимостью жилого дома и взыскании излишне уплаченной суммы страхового возмещения, мотивируя встречные исковые требования тем, что при заключении договора  сторонами было достигнуто соглашение о размере страховой суммы без определения страховой (действительной) стоимости застрахованного имущества.

Решением Ленинского районного суда г.Иваново от 04.10.2016 года в удовлетворении исковых требований М. было отказано, встречные исковые требования САО «…» удовлетворены частично.

Не согласившись с принятым решением, М. обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просила в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Отменяя состоявшееся судебное решение, судебная коллегия в определении указала, что в силу положений ст.948 ГК РФ страховая стоимость имущества, указанная в договоре страхования, не может быть впоследствии оспорена, за исключением случая, когда страховщик, не воспользовавшийся до заключения договора своим правом на оценку страхового риска (пункт 1 статьи 945), был умышленно введен в заблуждение относительно этой стоимости. Аналогичное правило предусмотрено Правилами страхования.

 Вместе с тем в рассматриваемом случае, как установлено судом и следует из материалов дела, страховщик воспользовался правом на оценку страхового риска, произведя осмотр страхуемого объекта до заключения договора страхования, в связи с чем не вправе оспаривать определенную сторонами страховую стоимость имущества. При этом доказательств введения страховщика в заблуждение страхователем не представлено, на такие обстоятельства ответчик в ходе рассмотрения дела не ссылался.

Определение по делу № 33-32/2017

 

6. Предоставление при заключении договора уступки права неполной информации, умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до сведения цессионария, в том числе, о наличии на момент заключения договора цессии судебного спора по взысканию со страховой компании убытков, причиненных в результате ДТП, влечет признание действий цедента недобросовестными.

 

Н. обратилась в суд с иском к Г. о признании недействительным договора уступки права требования, мотивируя свои требования тем, что согласно условий заключенного договора ответчик передал истцу право требования возмещения убытков (неустойки), причиненных последнему в результате дорожно – транспортного происшествия. В свою очередь Н. приняла себя обязательство уплатить Г. денежную сумму в размере 1 148 010 рублей.

Решением Пестяковского районного суда Ивановской области от 16.09.2016 года исковые требования Н. удовлетворены.

Не согласившись с принятым судебным решением, Г. обратился с апелляционной жалобой.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке судебная коллегия пришла к следующему.

Заявляя вышеуказанные требования, Н. указывала на злоупотребление правом со стороны ответчика, выразившееся в передаче ей Г. по договору права, которым он не обладал, ссылаясь при этом на заключение НГСЭУ «…», согласно которому повреждения принадлежащего Г. автомобиля, не соответствуют обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия и не могли быть получены в ходе ДТП.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству ответчика Г. была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой суд поручил ООО «В-С». Согласно выводам эксперта все имеющиеся у автомобиля повреждения, за исключением ветрового стекла, соответствуют заявленным обстоятельствам и механизму ДТП, стоимость восстановительного ремонта принадлежащего Г. автомобиля составила 698 692 рубля.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции указал, что в рассматриваемом договоре цессии, заключенном между сторонами, содержание уступаемого права сформулировано с достаточной степенью определенности – право требования возмещения ущерба, причиненного ответчику в результате дорожно–транспортного происшествия. Руководствуясь результатами проведенной по делу судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Г. обладал правом требования возмещения ущерба в результате дорожно – транспортного происшествия на сумму 698 692 рубля, и получение им от Н. денежных средств в сумме 1 148 010 рублей расценил как злоупотребление правом со стороны ответчика.

Судебная коллегия сочла вышеуказанный вывод суда первой инстанции неверным, полагая, что денежная сумма в размере 1 148 010 рублей являлась  ценой договора цессии, а не размером убытков, причиненных ответчику в результате дорожно-транспортного происшествия. Заключение эксперта ООО «В-С» признано неотносимым по данному спору доказательством, а выводы суда первой инстанции, мотивированные ссылкой на указанное заключение, не основанными на законе.

В определении суд апелляционной инстанции указал на ошибочность суждений районного суда относительно имевшего места факта злоупотребления правом со стороны Г., выразившегося в получении им от Н. без законных на то оснований денежных средств в сумме превышающей размер ущерба, правом требования возмещения которого он фактически обладал. Судебная коллегия усмотрела иные основания для признания договора уступки права требования, заключенного между сторонами, недействительным, оставив обжалуемое судебное решение без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения, обосновав свои выводы следующим.

В силу положений ч.3 ст.385  ГК РФ кредитор, уступивший требование другому лицу обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

По ходатайству представителя АО «СК «…», участвующей в деле в качестве третьего лица, судом апелляционной инстанции к рассмотрению принят ряд новых доказательств, из которых следовало, что после произошедшего ДТП Г. обратился в АО «СК «…» с заявлением о страховой выплате с последующим обращением в суд по вопросу взыскания страхового возмещения, компенсации морального вреда, а также штрафа. Согласно проведенных по делу экспертиз имевшиеся у автомобиля Г. повреждения не соответствуют заявленному механизму ДТП и его следствием не являются. Впоследствии Г. и его представитель по доверенности подали в суд заявления об отказе от исковых требований к страховой компании, в связи с чем производство по делу было прекращено.

Установив, что соответствующие документы Н. при заключении договора уступки права требования не передавались, действия Г. в указанной части признаны судом апелляционной инстанции в качестве доказательств невыполнения им обязанности, предусмотренной ч.3 ст.385 ГК РФ.

Согласно п.3 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст.10 и 168 ГК РФ (разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора ст.10 ГК РФ, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

Предоставление Г. в адрес Н. при заключении данного договора неполной информации, умолчание об обстоятельствах, имеющих существенное значение для его исполнения, в том числе, о наличии на момент заключения договора цессии судебного спора о взыскании со страховой компании убытков, причиненных в результате ДТП, расценено судебной коллегией как недобросовестные действия цедента, что повлекло признание договора уступки права требования недействительным.

Определение по делу № 33-631/2017

 

7. В случае введения в отношении страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность потерпевшего, процедур, применяемых в деле о банкротстве, или в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности, если решением суда с этого страховщика в пользу потерпевшего взыскана страховая выплата, либо страховщиком была осуществлена страховая выплата, а потерпевший не согласен с ее размером, потерпевший по истечении шестимесячного срока вправе обратиться за компенсационной выплатой только в профессиональное объединение страховщиков (Российский Союз Автостраховщиков).

 

М.М.А. обратился с иском к Российскому Союзу Автостраховщиков (далее - РСА),  а также к М. о взыскании страхового возмещения.

Исковые требования мотивированы произошедшим дорожно-транспортным происшествием с участием автомобиля истца под управлением К.О.И. и троллейбуса под управлением М.Э.В., в результате чего автомобилю истца причинены механические повреждения. Виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия признан М.Э.В. Гражданская ответственность истца на момент ДТП была застрахована в ОАО «…», гражданская ответственность виновника ДТП – в ЗАО «…». В связи с отзывом лицензии у данных страховых компаний истец обратился в РСА с заявлением об осуществлении компенсационной выплаты, в выплате которой ему отказано в связи с не представлением полного пакета документов.

Решением Ленинского районного суда г.Иваново от 12.12.2016 года в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

При этом суд исходил из того, что ранее в пользу М.М.А. уже взыскана с ЗАО «…» сумма страхового возмещения в сумме «…» руб., доказательства невозможности исполнения принятого по делу и вступившего в законную силу судебного акта отсутствуют. Суд пришел к выводу об отсутствии у РСА предусмотренных законом оснований для осуществления компенсационной выплаты истцу, в связи с чем, не усмотрел нарушений ответчиком требований законодательства и прав истца.

Отменяя решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований к РСА с принятием в отменной части нового судебного решения, судебная коллегия указала, что в случае введения в отношении страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность потерпевшего, процедур, применяемых в деле о банкротстве, или в случае отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности, если решением суда с этого страховщика в пользу потерпевшего взыскана страховая выплата, либо страховщиком была осуществлена страховая выплата, а потерпевший не согласен с ее размером, потерпевший по истечении шестимесячного срока вправе обратиться за компенсационной выплатой только в профессиональное объединение страховщиков.

До предъявления к профессиональному объединению страховщиков иска, содержащего требование об осуществлении компенсационной выплаты, потерпевший обязан обратиться к профессиональному объединению страховщиков с заявлением, содержащим требование о компенсационной выплате, с приложенными к нему документами, перечень которых определяется правилами обязательного страхования (ст.19 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Как установленном судом и следует из материалов дела, истец обратился в РСА с заявлением о компенсационной выплате, представив пакет необходимых документов. В перечне документов обязательное составление заявления о компенсационной выплате на форменном бланке, расписки о возмещении ущерба и приложение решения суда, на которые указывал РСА., не предусмотрено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении исковых требований истца.

Апелляционным определением в пользу истца взыскана компенсационная выплата, неустойка за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты, штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего, а также расходы по оплате услуг представителя и по оплате государственной пошлины.

Определение по делу № 33-265/2017

 

8. Согласно части 2 статьи 242 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым Кодексом РФ или иными федеральными законами.

Д.Т.Д. обратилась в суд с иском к К.И.В. о взыскании денежных средств в порядке регресса. Исковые требования мотивированы тем, что решением Шуйского городского суда Ивановской области от 27.01.2015 с Д.Т.Д. в пользу Ш.М.А. взысканы денежные средства. Основанием для взыскания явился факт причинения К.И.В. материального вреда в период осуществления трудовой деятельности у ИП Д.Т.И. в должности кассира.

Решением Шуйского городского суда Ивановской области от 19.02.2016 года исковые требования удовлетворены.

Отменяя принятое судебное решение по апелляционной жалобе К.И.В., и принимая по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Д.Т.Д. к К.И.В. было отказано, судебная коллегия в определении указала на следующие обстоятельства.

Разрешая спор и принимая решение о взыскании с К.И.В. денежных средств в порядке регресса, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 1081 ГК РФ, ст. 242, п.1 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, пришел к выводу о том, что выплата Ш.М.А. работодателем взысканной решением суда денежной суммы наделяет истца правом требования к К.И.В. возмещения причиненного ущерба в полном объеме.

Вместе с тем пунктом 1 статьи 1081 ГК РФ предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Отношения между ним и работодателем, в том числе и вытекающие из регрессных требований к нему в связи с причинением ущерба третьим лицам, регулируются нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 242 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым Кодексом РФ или иными федеральными законами.

Согласно пункту 1 части 1 ст. 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

Однако нормами Трудового кодекса Российской Федерации или иными федеральными законами на кассира не возложена материальная ответственность в полном размере.

Вместе с тем, истцом при рассмотрении дела в суде первой инстанции не представлено доказательств, подтверждающих заключение с ответчиком договора о полной индивидуальной материальной ответственности.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу, что истцом не доказана совокупность условий, необходимых для взыскания ущерба в порядке регресса, а само по себе взыскание с Д.Т.Д. в пользу  Ш.М.А. денежных средств не порождает обязанность К.И.В. возместить такой ущерб при установленных обстоятельствах.

Определение по делу № 33-105/2017

 

9. В случае если начальная продажная цена заложенного имущества определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной восьмидесяти процентам рыночной стоимости такого имущества, определенной в отчете оценщика.

 

ПАО «…» обратилось в суд с иском к С.Н.В., С.Н.Л. о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество, принадлежащее ответчикам на праве собственности, - квартиру, путем реализации с публичных торгов,  установив начальную продажную цену залогового имущества при его реализации в размере 80% от рыночной стоимости имущества.

Решением Советского районного суда города Иванова от 28 декабря 2016 года требования банка удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ПАО «…» обратился с апелляционной жалобой, в которой указал на неправильное применение судом норм материального права, поставил вопрос об отмене решения в части установленной судом начальной продажной цены залогового объекта в размере 100% его рыночной стоимости, с просьбой установления начальной продажной стоимости имущества в размере 80 % от рыночной стоимости, определенной заключением ООО «…».   Ссылаясь на положения ст.54 ФЗ «Об ипотеке», считал установленную судом начальную продажную цену неверной.

Изменяя решение суда первой инстанции в части установления начальной продажной стоимости залогового имущества, судебная коллегия указала следующее.

Как усматривается из материалов дела, для определения рыночной стоимости недвижимого имущества была назначена судебная оценочная экспертиза. Экспертное заключение соответствует требованиям, предъявляемым Федеральным законом от 29.07.1998 г. №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации».

Действующее законодательство Российской Федерации, в том числе и Федеральный закон «Об ипотеке (залоге недвижимости)» и Федеральный закон «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» не предусматривают различий относительно установления начальной продажной цены заложенного имущества в размере 80% от рыночной стоимости, определенной в отчете оценщика или в заключении экспертизы.

Начальная продажная цена имущества на публичных торгах определяется на основе соглашения между залогодателем и залогодержателем, достигнутого в ходе рассмотрения дела в суде, а в случае спора - самим судом. Если начальная продажная цена заложенного имущества определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной восьмидесяти процентам рыночной стоимости такого имущества, определенной в отчете оценщика (пп. 4 п. 2 статьи 54 ФЗ об ипотеке).

Таким образом, указанная норма содержит императивные требования относительно действий суда при определении начальной продажной цены заложенного имущества на основании отчета оценщика.

У суда первой инстанции тем самым не имелось оснований для неприменения положений вышеуказанного Федерального закона об установлении начальной продажной цены заложенного имущества, равной восьмидесяти процентам рыночной стоимости такого имущества, определенной в заключении экспертизы.

Определение по делу № 33-666/2017

 

            10. В силу положений ст. ст. 3, 131 ГПК РФ, лицо, которое обращается за судебной защитой, должно указать, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения его прав, свобод и законных интересов.

 

З. обратилась в суд с иском к К.В.В. о признании членом семьи военнослужащего, мотивировав заявленные требования тем, что К.В.В. является военнослужащим, состоит в зарегистрированном браке с матерью истицы – К.Н.В. Ответчик, истица и К.Н.В. проживают совместно, ведут общее хозяйство, З.состоит на иждивении у К.В.В., выплаты, получаемые К.В.В., являются основным источником дохода семьи и содержания истицы.

Определением суда первой инстанции в качестве третьи лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ, Департамент Жилищного обеспечения Министерства обороны РФ.

Решением Октябрьского районного суда города Иваново от 15.02.2016 года, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда, заявленные З. требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми судебными решениям, ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» обратилось в областной суд с кассационной жалобой.

Отменяя состоявшиеся по делу судебные решения с направлением материалов дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум указал, что при принятии решения по делу суды обеих инстанций ссылались на наличие в данном случае спора, связанного с реализацией права на обеспечение жилым помещением, при разрешении исковых требований руководствовались положениями ст. 15, ст. 24 Федерального закона от 27.05.1998 года №76-ФЗ «О статусе военнослужащих», нормами жилищного и семейного законодательства.

Вместе с тем данные нормы не регулируют отношения истицы и ответчика по делу, не предусматривают их взаимных прав и обязанностей по предъявленному требованию, материального правоотношения, в рамках которого К.В.В. является лицом, обязанным удовлетворить требование З., предъявленное ею в исковом порядке для принудительной его реализации.

По смыслу ст. ст. 3, 131 ГПК РФ, лицо, которое обращается за судебной защитой, должно указать, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения его прав, свобод и законных интересов.

В ходе рассмотрения дела судом З. не указывала о нарушениях ее прав и законных интересов, которые были бы допущены ответчиком и подлежали устранению в судебном порядке. Между тем, вопрос о наличии таких нарушений исходя из задач гражданского судопроизводства по защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов являлся юридически значимым при принятии решения по делу.

Постановление по делу № 44г-1/2017

 

11. Нарушение норм процессуального закона, в том числе основополагающих принципов судопроизводства, влечет безусловную отмену состоявшихся по делу судебных решений.

 

Гражданин Г.А.И. обратился с иском к ПАО Страховая компания «Росгосстрах и А.А.А. о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, мотивируя  свои требования произошедшим дорожно-транспортным происшествием, в результате которого Г.А.И., управлявшему автомобилем «…», был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, а также нравственные и физические страдания.

ООО «…» также обратилось в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» и А.А.А. о взыскании страхового возмещения и материального ущерба. В обоснование иска указало, что данное ООО «…» является собственником автомобиля, которым управлял его директор Г.А.И. В результате ДТП автомобилю причинены механические повреждения, согласно заключению проведение восстановительного ремонта нецелесообразно. Причиненный ООО «…» ущерб составляет разницу  между рыночной стоимостью автомобиля до аварии и стоимостью годных остатков.

Определением Ленинского районного суда города Иваново от 20 октября 2015 года гражданские дела по вышеуказанным искам объединены в одно производство.

Решением Ленинского районного суда города Иваново, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам, иски удовлетворены частично.

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными решениями, А.А.А. обратился в областной суд с кассационной жалобой.

Отменяя судебные решения с направлением материалов дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, президиум областного суда указал следующее.

Разрешая спор и частично удовлетворяя требования истцов, суд пришел к выводу о прямой причинно-следственной связи между виновными действиями А.А.А. и наступившим для истцов вредом.

Данный вывод суда основан на постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Г.А.И., заключении эксперта, а также материалах проверки. Суд признал  несостоятельными ссылки представителя ответчика на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении А.А.А. и на заключения трех других автотехнических экспертиз, проведенных в рамках проверок по факту дорожно-транспортного происшествия.

Между тем суд не учел, что постановление, принятое уполномоченным органом в порядке ст.ст.144,145.148 УПК РФ не имеет  в силу ст.61 ГПК РФ  преюдициального значения для суда, рассматривающего гражданское дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого это постановление принято.

При рассмотрении дела суд обязан непосредственно исследовать доказательства по делу, обоснование решения допускается только теми доказательствами, которые непосредственно исследованы в судебном заседании (т.ст.157, 195 ГПК РФ).

Однако, как установлено судом, в материалах дела имеется лишь одно заключение, тогда как заключения трех других экспертиз отсутствуют и из дела не следует, что эти заключения судом в соответствии с вышеуказанными нормами ГПК РФ исследовались непосредственно в судебном заседании. Тем самым судом нарушен один из основных принципов судебного разбирательства - его непосредственность.

Кроме этого, в решении суд указал, что ответчик не представил доказательств отсутствия своей вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, в результате которого истцам был причинен вред.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ответчик неоднократно заявлял ходатайства об истребовании доказательств в подтверждение вышеуказанного обстоятельства, признанного судом юридически значимым.

В нарушение требований закона суд указанные ходатайства оставил без рассмотрения, тем самым лишив его права на представление доказательств в отношении юридически значимых по делу обстоятельств, что свидетельствует о несоблюдении судом принципа равноправия и состязательности.

При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции судебной коллегией не разрешен ряд заявленных со стороны ответчика ходатайств, апелляционное определение в нарушение ст.329 ГПК РФ не содержит мотивы, по которым отклонены доводы апелляционной жалобы истца, о том, что решение обосновано только одним заключением из четырех проведенных автотехнических экспертиз, о незаконном отказе судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства об  истребовании материалов проверки в отношении А.А.А. по факту дорожно-транспортного происшествия из военной прокуратуры Ивановского гарнизона и прокуратуры РВСН.

При таких обстоятельствах президиум областного суда пришел к выводу, что  нижестоящие суды не предоставили ответчику А.А.А. возможность представить доказательства, не оказали содействия в их собирании и истребовании, в связи с чем состоявшиеся по настоящему делу судебные постановления не отвечают требованиям законности и обоснованности.

Постановление по делу № 44г-5/2017

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

 

1.      Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим                                                      из административных и иных публичных правоотношений

 

1.1. Отсутствие регистрации гражданина по месту жительства не является основанием к ограничению его социальных прав, гарантированных законодательством Российской Федерации.

 

Ф. обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным решение ТУСЗН по г.о.Кинешма и Кинешемскому муниципальному району об отказе в выдаче удостоверения многодетной семьи Ивановской области,  обязать административного ответчика выдать удостоверение многодетной семьи Ивановской области.

Решением Кинешемского городского суда Ивановской области от 16 ноября 2016 г. в удовлетворении административного иска отказано.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении административного иска, исходил из отсутствия у Ф. совместной регистрации с иными членами семьи, непредставления Ф. административному ответчику необходимых документов, предусмотренных Указом Губернатора Ивановской области от 26.02.2004 года № 19-уг «О мерах по социальной поддержке многодетных семей» и подтверждающих сведения о гражданах, зарегистрированных совместно с заявителем, в связи с чем признал оспариваемое решение административного ответчика законным.

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда с указанными выводами не согласилась по следующим основаниям.

Судом, бесспорно, установлено, что Ф. состоит в браке с Ю., от брака имеет 5 детей, указанная семья проживает совместно по месту регистрации Ю. с несовершеннолетними детьми, Ф. зарегистрирован по другому адресу, Ю. выдано удостоверение многодетной семьи Ивановской области.

Исходя из содержания ст.20 ГК РФ, ст.ст.2, 3 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 г. № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и места жительства в пределах Российской Федерации» регистрация является лишь одним из доказательств, подтверждающих факт нахождения гражданина по месту пребывания или по месту жительства; её отсутствие не может служить основанием или условием реализации прав и свобод граждан, предусмотренных Конституцией РФ, законами РФ.

Федеральное и региональное законодательство не предусматривает такого критерия отнесения граждан к категории многодетная семья, как совместная регистрация по месту жительства или месту пребывания членов многодетной семьи.

Пунктом 9 Порядка выдачи удостоверений многодетной семьи Ивановской области, их замены, учета и хранения, утвержденного Указом Губернатора Ивановской области от 26.02.2004 года № 19-уг, установлен исчерпывающий перечень оснований для отказа в выдаче удостоверения, при этом такое основание как отсутствие совместной регистрации заявителя с членами семьи, указанное в оспариваемом решении административного ответчика, не предусмотрено.

Кроме того, в нарушение п.3.5.2 и п.3.5.3 Административного регламента предоставления государственной услуги «Выдача удостоверения многодетной семьи Ивановской области», утвержденного приказом Департамента социальной защиты населения Ивановской области от 08.04.2013 года № 109-о.д.н., административный ответчик не направил повторный межведомственный запрос о составе семьи заявителя и в отсутствии ответа на данный запрос отказал в удовлетворении заявления Ф. о выдаче ему указанного удостоверения.

При таких обстоятельствах определением судебной коллегии от 23 марта 2017 года решение Кинешемского городского суда Ивановской области от 16 ноября 2016 г.  было отменено. По делу принято новое решение об удовлетворении требований.

                                                                                                                  Дело № 33а-715

 

2. Процессуальные вопросы

 

2.1.  В порядке, предусмотренном Кодексом административного судопроизводства Российской федерации, подлежат рассмотрению дела, возникающие из правоотношений, которые не основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, в рамках которых один из участников правоотношений реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов и подзаконных актов по отношению к другому участнику.

 

Т.Л.С. и Т.А.Н. обратились в суд с административным исковым заявлением к ветеринарному врачу К.Е.А., БГУ Ивановской области «Приволжская районная станция по борьбе с болезнями животных» (далее – БГУ «Приволжская СББЖ»), в котором с учетом уточнения требований в судебном заседании просили признать действия ветеринарного врача К.Е.А. по допуску запрещенной к реализации без холодильного оборудования свежей речной рыбы противоправными; за ненадлежащее исполнение и неисполнение своих должностных обязанностей привлечь ветеринарного врача К.Е.А. к ответственности; возложить на ветеринарного врача К.Е.А. и начальника БГУ «Приволжская СББЖ» обязанность по недопущению нарушения Законов Российской Федерации в сфере защиты прав потребителя по допуску к реализации на ярмарке г. Приволжска запрещенных к реализации скоропортящихся продуктов животного происхождения.  

Определением Приволжского районного суда Ивановской области от 09 декабря 2016 года производство по данному административному иску прекращено на основании ст. 194 КАС РФ; с административных истцов в пользу Приволжского районного потребительского общества взысканы расходы по оплате услуг представителя в сумме 3000 рублей.

При этом суд исходил из того, что административные ответчики не относятся к числу органов и должностных лиц, чьи действия (бездействие) могут быть оспорены по правилам административного судопроизводства, поскольку не обладают государственными или иными властными публичными полномочиями; нарушенные права потребителей при продаже некачественного товара подлежат защите в рамках закона о защите прав потребителей в порядке гражданского судопроизводства.

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда, рассмотрев частную жалобу Т.Л.С. и Т.А.Н., с указанными выводами суда согласилась, указав следующее.

Анализ уставных целей деятельности БГУ «Приволжская СББЖ», условий гражданско – правового договора возмездного оказания ветеринарных услуг от 01.05.2015 года, заключенного между учреждением и Приволжским РАЙПО, являющимся организатором ярмарки, позволяет придти в выводу о том, что административные истцы не являются участниками правоотношений, возникших в связи с оказанием БГУ «Приволжская СББЖ» и её работниками ветеринарных услуг; указанные в обоснование иска обстоятельства приобретения административными истцами на ярмарке некачественной рыбы не свидетельствуют о возникновении между ними и административными ответчиками административных или иных публично-правовых правоотношений.

Вместе с тем вывод суда о взыскании с административных истцов в пользу заинтересованного лица Приволжского РАЙПО, привлеченного судом к участию в деле, расходов по оплате услуг представителя Судебной коллегией признан неправомерным по следующим основаниям.

Разрешая вопрос в отношении распределения судебных расходов, суд не принял во внимание положения п.6 Постановления Пленума № 1, которым предусмотрено, что судебные издержки, понесенные третьими лицами, заинтересованными лицами, участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены этим лицам исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта.

 Таким образом, при разрешении ходатайства (заявления) заинтересованного лица о возмещении ему судебных расходов следует исходить из двух критериев: 1) вынесение судебного акта по делу состоялось фактически в защиту интересов указанного лица; 2) активная реализация заинтересованным лицом принадлежащих ему процессуальных прав, способствующая принятию судебного акта в интересах, в том числе заинтересованного лица.

  В данном случае указанных оснований для взыскания заинтересованному лицу понесенных по делу судебных расходов не имелось.

Определением судебной коллегии от 23 марта 2017 года определение Приволжского районного суда Ивановской области от 09 ноября 2016 г.  в части взыскания с административных истцов расходов на оплату услуг представителя в сумме 3000 рублей было отменено.

                                                                                                      Дело №33а-550/2017

 

2.2.  Отказ уполномоченного органа власти в постановке гражданина на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении не свидетельствует о наличии спора о праве, подлежащего разрешению в порядке гражданского производства, в связи с чем законность такого отказа подлежит рассмотрению в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

 

Т. обратилась в Фурмановский городской суд Ивановской области с административным исковым заявлением в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), в котором просила признать решение комиссии по жилищным вопросам Администрации Фурмановского муниципального района Ивановской области (далее - Администрация) об отказе в постановке на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении ее и ее несовершеннолетней дочери незаконным и отменить его.

Определением судьи от 30 января 2017 года отказано в принятии указанного административного искового заявления на основании п.1 ч.1 ст.128 КАС РФ.

Отказывая в принятии административного иска, судья исходил из того, что в данном случае имеется спор о праве, который подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, так как  при разрешении заявленных требований суд будет обязан проверить не только процедурную законность оспариваемого решения об отказе в постановке на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении, но и оценить его последствия с точки зрения жилищных прав семьи административного истца и их реализации, что свидетельствует о наличии жилищного спора о праве.

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда данный вывод нашла ошибочным, не соответствующим характеру спорных правоотношений.

Из материалов дела следует, что Т. оспаривается решение Администрации, которым её семья не принята на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении; при этом решения о предоставлении административному истцу жилого помещения не принималось, договор социального найма жилого помещения между ними не заключался, в связи с чем требований искового характера, связанных с правом на определенное жилое помещение, Т. не заявлялось.

Кроме того, в силу ч.9 ст.226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения органа местного самоуправления суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа местного самоуправления на принятие оспариваемого решения; б) порядок принятия оспариваемого решения в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

В этой связи определение Фурмановского городского суда Ивановской области от 30 января 2017 года было отменено, частная жалоба Т. – удовлетворена. Административное исковое заявление направлено в тот же суд со стадии принятия к производству суда.

                                                                                              Дело №33а-696/2017

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

 

1. Задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

 

Постановлением должностного лица административного органа К. от 10 октября 2016 года, оставленным без изменения решением судьи Кинешемского городского суда Ивановской области от 11 января 2017 года, главный врач МЦ «1…» К. привлечен к административной ответственности по ч.11 ст.19.5 КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей за невыполнение  предписания от 21 января 2016 года №10.2-0012вн-А/011-2016, срок исполнения которого истек 20 июля 2016 года.

Решением судьи Ивановского областного суда от 07 февраля 2017 года состоявшиеся по делу постановление административного органа и решение судьи городского суда отменены, производство по делу прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

Основанием для вынесения административным органом предписания от 21 января 2016 года со сроком устранения нарушения до 20 июля 2016 года явилось нарушение правил эксплуатации газовых котлов.

В период времени с 25 по 29 августа 2016 года в ходе внеплановой выездной проверки, предметом которой являлся контроль за выполнением  юридическим лицом предписания от 21 января 2016 года, выявлен факт неисполнения предписания, в связи с чем  постановлением от 10 октября 2016 года главный врач МЦ «1…» К. привлечен к административной ответственности по ч.11 ст.19.5 КоАП РФ.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении жалобы К. на постановление должностного лица, судья оставил без должной оценки следующие обстоятельства.

В период времени с 06 по 28 июня 2016 года в ходе проведения плановой выездной проверки МЦ «1…» было выявлено нарушение, аналогично нарушению, указанному в предписании от 21 января 2016 года, и предписанием от 28.06.2016 года установлен новый срок устранения нарушения - до 16 января 2017 года. Тем самым, административный орган фактически продлил до указанной даты срок исполнения предписания от 21.01.2016 г. О фактическом  продлении срока предписания свидетельствует тот факт, что на 20 июля 2016 г. - на момент наступления срока исполнения предписания от 21.01.2016 г. у МЦ «1…» имелось два предписания в части устранения одного и того же нарушения - от 21.01.2016 г. и от 28.06.2016 г., что давало главному врачу МЦ «1…» К. законное основание полагать об устранении нарушения к сроку, указанному в последнем предписании – к 16.01.2017 г.

Поскольку  оснований для проведения в августе 2016 года внеплановой проверки исполнения учреждением предписания от 21 января 2016 года, а также  привлечения К. к административной ответственности за его неисполнение у административного органа не имелось, производство по делу в отношении К. было прекращено за отсутствием в действиях последнего состава административного правонарушения. 

                                                                                  Решение по делу № 21-36/2017

 

2. Прокуратура является единым централизованным органом, осуществляющим надзор за исполнением законов. Полномочия прокурора по надзору за соблюдением законодательства об административных правонарушениях определяется вышестоящим прокурором.

 

Определением заместителя прокурора Советского района г. Иваново от 25 октября 2016 года, оставленным без изменения решением прокурора Советского района г. Иваново от 22 ноября 2016 года, отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст.13.11 КоАП РФ, в отношении старшего судебного пристава-исполнителя Советского РОСП УФССП по Ивановской области К. на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения.

Решением  судьи Советского районного суда г. Иваново от 03 февраля 2017 года указанные определение заместителя прокурора и решение прокурора Советского района г. Иваново отменены, производство по делу прекращено на основании п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Отменяя определение заместителя прокурора района и решение прокурора Советского района г. Иваново, судья районного суда руководствовался ч.1 ст.29.5 КоАП РФ. При этом судья пришел к выводу, что процессуальное решение по поступившему от К1. заявлению должна была принимать прокуратура Фрунзенского района г. Иваново, так как именно на подведомственной ей территории исполняет свои обязанности старший судебный пристав-исполнитель Советского РОСП УФССП по Ивановской области.

Между тем, согласно ч.1 ст.1 ФЗ от 17.01.1992 N 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокуратура Российской Федерации - единая федеральная централизованная система органов, осуществляющих от имени Российской Федерации надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации.

При осуществлении прокурорского надзора прокурор или его заместитель по основаниям, установленным законом, возбуждает производство по делу об административном правонарушении, требует привлечения лиц, нарушивших закон, к иной установленной законом ответственности, предостерегает о недопустимости нарушения закона.

Согласно п.7.4 Распоряжения прокурора Ивановской области от 22 марта 2002 года №46, осуществление надзора за Советским РОСП г. Иваново возложено на прокуратуру Советского района г. Иваново.

При таких обстоятельствах рассмотрение обращения К1. и принятие по нему процессуального решения о возбуждении или об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении должностных лиц Советского РОСП г. Иваново входит в предмет надзора прокуратуры Советского района г. Иваново.

Ссылка судьи районного суда на ч.1 ст.29.5 КоАП РФ в данном случае является ошибочной, так как указанная норма определяет место рассмотрения дела об административном правонарушении. Территориальную подведомственность рассмотрения материалов, содержащих признаки административного правонарушения, указанная норма не регламентирует.

Факт исполнения старшим судебным приставом-исполнителем Советского РОСП УФССП по Ивановской области К. своих должностных  обязанностей на территории, подведомственной прокуратуре Фрунзенского района г. Иваново, не препятствует прокуратуре Советского района г. Иваново осуществлять прокурорский надзор за деятельностью Советского РОСП УФССП по Ивановской области и принимать процессуальные решения в порядке, установленном КоАП РФ, без рассмотрения дела по существу.

При указанных обстоятельствах судебное решение было отменено, производство по делу прекращено на основании п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

                                                                             Решение по делу № 21-84 /2017

3. В соответствии с ч.2 ст. 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

 

Постановлением Октябрьского районного суда г. Иваново от 11 ноября 2016 года, оставленным без изменения решением судьи Ивановского областного суда от 20 декабря 2016 года, К. привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ, с назначением наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год.

Постановлением заместителя председателя Ивановского областного суда от  06 марта 2017 года указанные судебные акты изменены, К. назначено наказание в виде административного штрафа в размере 3 000 рублей в доход государства.

Из материалов дела следует и установлено судебными инстанциями, что применение К. экстренного торможения было вызвано появлением пешехода, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. Нарушение потерпевшей, пассажиром общественного транспорта, Правил безопасного поведения пассажиров в городском транспорте (не села на свободное сиденье и не держалась за поручень) могло исключить ее падение.  

Судом в качестве отягчающего обстоятельства было признано повторное совершение К. однородного административного правонарушения в области дорожного движения в течение года, однако не учтен характер данного правонарушения (ст. 12.20 КоАП РФ нарушение правил пользования внешними световыми приборами, звуковыми сигналами, аварийной сигнализацией или знаком аварийной остановки).

При этом судом не в полной мере было принято во внимание личность нарушителя, который является водителем общественного транспорта автобуса ПАЗ 32054-07, что К. подобное правонарушение совершил впервые, лишение права управления транспортными средствами негативно отразится на его материальном положении, затруднит осуществление трудовой деятельности.

С учетом фактических обстоятельств изложенных в постановлении и необходимости достижения баланса публичных и частных интересов, вывод суда о том, что менее строгий вид наказания (административный штраф) не сможет обеспечить достижение целей административного наказания в отношении К. и к нему необходимо применить столь суровую меру ответственности в виде лишения права управления транспортными средствами, было признано противоречащим принципу гуманизма.

На момент рассмотрения настоящей жалобы назначенное К. наказание в виде лишения права управления транспортными средствами не начало исполняться, водительское удостоверение он не сдал, в связи с чем препятствий для изменения вида наказания не имелось.

При указанных обстоятельствах, вид наказания К. был изменен, поскольку цели административного наказания в данном случае достижимы и при назначении административного штрафа в пределах санкции ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ.

                                                                  Постановление по делу № 4а-41/2017

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Отдел систематизации законодательства и аналитических обобщений