Утвержден постановлением Президиума Ивановского областного суда

Утвержден постановлением Президиума Ивановского областного суда

от  15 апреля  2016 года

О Б З О Р

законодательства и судебной практики Ивановского областного суда

за первый квартал 2016 года

1.      Нормативные акты

Законы Ивановской области

 

О внесении изменений в статью 11.1 Закона Ивановской области «Об административных правонарушениях в Ивановской области»

№ 1-ОЗ

От 02.02.2016 г.

О внесении изменения в статью 11.1 Закона Ивановской области «Об административных правонарушениях в Ивановской области»

№ 8-ОЗ

От 03.03.2016 г.

Указы Губернатора Ивановской области

 

Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в Ивановской области за 1У квартал 2015 года

№ 1-уг

От 18.01.2016 г.

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

 

  1. Вопросы квалификации

 

1.1. Приговор суда изменён с исключением из него указания на осуждение за незаконное приобретение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, в связи с неустановлением события преступления.

 

Приговором Приволжского районного суда Ивановской области от 29 октября 2015 года К. осуждён по ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 166, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 167, ч. 1 ст. 228 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 13 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом о виновности К. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 166, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Вместе с тем, применительно к осуждению К. за незаконное приобретение «в неустановленных месте и времени, у неустановленного лица» наркотических средств в значительном размере, судебная коллегия отметила следующее.   

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит доказыванию событие преступления, то есть время, место, способ и другие обстоятельства его совершения.

С учётом этих требований и в силу ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным судом, с указание места, времени и способа его совершения.

Приведенные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции не были выполнены в полной мере, поскольку надлежащая конкретизация места, времени и способа незаконного приобретения наркотического средства в приговоре отсутствовала.

Таким образом, обоснованно и правильно квалифицировав действия осуждённого по признаку незаконного хранения без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, суд не установил событие приобретения наркотического средства, в связи с чем указание на осуждение К. за незаконное приобретение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере исключено из приговора.

В связи с вносимыми изменениями и уменьшением объема обвинения осуждённому соразмерно снижено наказание, назначенное за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК РФ, а также по совокупности преступлений.

Апелляционное определение по делу № 22-0027/2016 (22-2292/2015)

 

1.2. Приговор суда изменён в связи с неправильным применением уголовного закона, поскольку из предъявленного обвинения, признанного осуждённым, следовало, что он совершил неоконченное преступление.

 

Приговором Фрунзенского районного суда города Иваново от 15 декабря 2015 года П. осужден по ч. 1 ст. 291.1 УК РФ с применением статьи 64 УК РФ к штрафу в размере десятикратной суммы взятки – 1.000.000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе и органах местного самоуправления на срок 2 года.

Уголовное дело в отношении П. судом первой инстанции рассмотрено по правилам главы 40 УПК РФ. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела в особом порядке  судом не допущено. Каких-либо обстоятельств, вызывающих сомнение  в обоснованности вывода суда о виновности П. в совершении преступления, установлено не было.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что приговор подлежит изменению.

Посредничество во взяточничестве предполагает осуществление лицом одного из двух вариантов поведения: непосредственной передачи взятки; иного способствования в достижении либо реализации соглашения между взяткодателем и взяткополучателем, либо обоих вариантов.

П. обвинялся и осуждён за посредничество во взяточничестве, которое выразилось в непосредственной передаче взятки по поручению взяткополучателя и ином способствовании взяткополучателю в реализации соглашения между ним и взяткодателем о получении взятки в значительном размере.

Суд не учёл, что иное способствование взяткополучателю в реализации соглашения между ним и взяткодателем о получении взятки, охватывает широкий круг действий, таких, как организация и участие в переговорах между взяткодателем и взяткополучателем; предоставление денежных средств, предназначающихся для передачи в качестве взятки; склонение лиц к получению или передаче взятки; открытие счета для перечисления денег в качестве взятки и т.п., то есть, действия, направленные на содействие достижению соглашения между взяткополучателем и взяткодателем.

Как следует из предъявленного П. обвинения, он, реализуя договоренность с взяткополучателем, должен был встретиться с взяткодателем,  получить от неё денежные средства в сумме 100.000 рублей и на следующий день передать их взяткополучателю. Что он и сделал. То есть П. органом расследования вменены действия, направленные на непосредственную передачу взятки от Н. взяткополучателю К., по поручению последней, а не содействие в достижении соглашения между ними. Описание действий, связанных со способствованием К. в реализации соглашения между ней и взяткодателем Н. в обвинении отсутствует, и указание на их совершение подлежит исключению из фабулы обвинения.

При этом, что прямо следует из обвинения, после принятия денежных средств, предназначавшихся для передачи взяткополучателю К., П. был задержан, и последующая передача денежных средств К. в рамках ОРМ не носит для П. преступного характера.

Поскольку преступные действия П., направленные на непосредственную передачу взятки К., были прекращены по не зависящим от него обстоятельствам, его действия должны быть квалифицированы как покушение на посредничество во взяточничестве.

В связи с переквалификацией действий П. с оконченного состава на покушение на совершение преступления и исключением из фабулы обвинения указания на совершение действий по способствованию взяткополучателю в реализации соглашения с взяткодателем о получении взятки, назначенное наказание в виде штрафа судом апелляционной инстанции снижено до 800.000 рублей.

Кроме того, в приговор внесено уточнение в части дополнительного наказания с указанием, что его П. следует назначить в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно-хозяйственных полномочий.

Апелляционное постановление по делу № 22-0153/2016

 

  1. Назначение наказания

 

2.1. Приговор суда изменён в связи с неправильным применением уголовного закона и несправедливостью наказания, исключено указание на признание явки с повинной обстоятельством, смягчающим наказание.

 

Приговором Ивановского районного суда Ивановской области от 08 декабря 2015 года Х. осуждён по ч. 4 ст. 264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права управлять транспортными средствами на 2 года 6 месяцев.

Суд апелляционной инстанции нашёл приговор подлежащим изменению по доводам апелляционной жалобы потерпевшего, поскольку при назначении Х. наказания в качестве обстоятельства его смягчающего судом безосновательно была признана явка с повинной, а срок назначенного наказания признан чрезмерно мягким.

По смыслу уголовно-процессуального закона под явкой с повинной, которая в силу п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ является обстоятельством, смягчающим наказание, понимается добровольное сообщение лица о совершённом им или с его участием преступлении, сделанное в письменном или устном виде.

Из материалов дела усматривается, что протокол явки с повинной Х. был составлен 18 августа 2015 года, то есть спустя семь дней после возбуждения в отношении него уголовного дела по ч. 4 ст. 264 УК РФ, и каких-либо сведений о неизвестных на тот момент органу предварительного расследования обстоятельствах, имеющих значение для дела, в протоколе явки с повинной не содержится.

В связи с этим указание на признание явки с повинной обстоятельством, смягчающим наказание Х., исключено из приговора.

Суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что при назначении наказания требования ст. 6, 60 УК РФ о его справедливости не в полной мере учтены. Исходя из характера и степени общественной опасности совершённого Х. преступления, его конкретных обстоятельств, назначенное наказание признано несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости.

При новом назначении наказания учтено также принятие осуждённым в ходе апелляционного рассмотрения дела дополнительных мер к возмещению причиненного преступлением ущерба.

Исходя из этого, для достижения определенных ч. 2 ст. 43 УК РФ целей наказания, суд апелляционной инстанции в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УК РФ усилил Х. наказание до 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и с лишением права управлять транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Апелляционное постановление по делу № 22-0121/2016

 

2.2. Обстоятельством, смягчающим наказание, признано добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

                                                                                                                        

Приговором мирового судьи судебного участка № 2 Приволжского судебного района в Ивановской области от 3 июля 2015 года З., неоднократно судимый, осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытого наказания в виде 2 лет 2 месяцев лишения свободы  с ограничением свободы на 1 год по приговору Приволжского районного суда Ивановской области от 14 апреля 2015 года окончательно назначено 3 года 2 месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год.

Постановлением Приволжского районного суда Ивановской области от 24 августа 2015 года приговор мирового судьи оставлен без изменения.

Президиум Ивановского областного суда по кассационной жалобе осужденного судебные решения изменил по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания суд обязан учитывать в числе прочего обстоятельства, смягчающие наказание.

Смягчающим обстоятельством признается добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Из показаний потерпевшей А. в судебном заседании следует, что отец З.  подарил ей новый телефон, в связи с чем к подсудимому она претензий не имеет.

З. показания потерпевшей в данной части подтвердил, пояснив, что ущерб возмещен.

Несмотря на это, возмещение родственником З. имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, при назначении наказания суд не учел.

Кроме того, правильно указав на назначение окончательного наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд в резолютивной части приговора применил правило, предусмотренное ст. 70 УК РФ при назначении наказания по совокупности приговоров, - присоединение неотбытого наказания вместо сложения назначенных наказаний.

Президиум признал обстоятельством, смягчающим наказание З., добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, снизил назначенное  по ч. 1 ст. 158 УК РФ наказание до 11 месяцев лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Приволжского районного суда Ивановской области от 14 апреля 2015 года окончательно назначил З. наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 1 месяц с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год.

Постановление по делу № 44у-2/16

                                                                                                                                                            

2.3. Неправильное применение уголовного закона при назначении наказания повлекло изменение приговора.

 

Приговором Ленинского районного суда г. Иваново от 30 июля 2015 года Г. осуждён по ч. 3 ст. 2291 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 7 годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к 7 годам лишения свободы, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Ивановского областного суда по кассационной жалобе осужденного Г. приговор изменил в связи с неправильным применением уголовного закона.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом по обоим преступлениям учтены признание вины, раскаяние в содеянном, наличие у Г. больных родителей и беременной жены, активное способствование расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств, а по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 2291 УК РФ, кроме того, активное способствование раскрытию преступления и добровольное сообщение о совершённом преступлении, признанное судом явкой с повинной.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Назначая наказание, суд пришёл к обоснованному выводу о необходимости применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, а по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, и положений ч. 2 ст. 66 УК РФ.

Кроме того, обстоятельства, связанные с мотивами преступления, ролью виновного, его поведением после совершения преступления, а также активное содействие Г. как участника группового преступления раскрытию этого преступления, признаны судом исключительными, дающими основания для применения положений ст. 64 УК РФ.

Санкция ч. 4 ст. 2281 УК РФ предусматривает в качестве основного наказания лишение свободы на срок от 10 до 20 лет.

Максимальный срок лишения свободы за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ, с учетом правил ч. 2 ст. 66 и ч. 1 ст. 62 УК РФ составляет 6 лет 8 месяцев.

Г. за совершение указанного преступления с применением ст. 64 УК РФ назначено 7 лет лишения свободы.

            Президиум с учетом  установленных судом первой инстанции смягчающих обстоятельств снизил наказание по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ до 6 лет 6 месяцев лишения свободы. Окончательное наказание, назначенное с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, снижено до 7 лет 10 месяцев лишения свободы.

Постановление по делу № 44у-12/2016

2.4. Приговор суда изменён в связи с неправильным применением уголовного закона, поскольку судом необоснованно учтено мнение потерпевших, настаивавших на строгой мере наказания для осуждённых.

 

Приговором Южского районного суда Ивановской области от 02 сентября 2015 года Л. осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, С. осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 162, ч. 3 ст. 162 УК РФ с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Назначая осуждённым наказание, суд учёл мнение потерпевших Ш. и М., настаивавших на строгой мере наказания за преступление, совершённое в отношении них, что противоречит положениям ч. 3 ст. 60 УК РФ. Данная норма уголовного закона не предусматривает мнение потерпевших, как обстоятельство, учитываемое при назначении наказания. В контексте обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, мнение участников судебного разбирательства со стороны обвинения о строгом наказании виновных лиц должно рассматриваться только как обстоятельство, отягчающее наказание. Однако содержащийся в ст. 63 УК РФ перечень отягчающих наказание обстоятельств является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение их правом определять необходимость осуществления публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности и наказания - такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов, в связи с чем вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, должны определяться исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего (определение от 25 сентября 2014 года № 2053-О, постановление от 18 марта 2014 года № 5-П и др.)

В связи с этим суд апелляционной инстанции в соответствии с п. 3 ст. 389.15, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ принял решение об изменении приговора, исключении из его описательно-мотивировочной части указания на учёт мнения потерпевших Ш. и М. при назначении наказания Л. и С., а также смягчении им наказания, назначенного за данное преступление. Соответственно снижен и размер наказания, назначенного осуждённым на основании ч.  3 ст. 69 УК РФ: Л. до 9 лет 10 месяцев лишения свободы, а С. до 11 лет 10 месяцев лишения свободы.

Апелляционное определение по делу № 22-0235/2016

 

2.5. Приговор суда изменён в связи с его несправедливостью, поскольку судом не учтено обстоятельство, отягчающее наказание – совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств, необоснованным признано применение ст. 73 УК РФ.

 

Приговором Фрунзенского районного суда города Иваново от 19 января 2016 года Р. осуждён по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы, в соответствии со ст. 73 УК РФ – условно с испытательным сроком 3 года.

Р. совершено умышленное преступление против здоровья населения и общественной нравственности, отнесённое на основании ч. 4 ст. 15 УК РФ к категории тяжких. При этом установленные судом в приговоре конкретные обстоятельства совершённого преступления свидетельствуют о повышенной степени его общественной опасности.

Суд апелляционной инстанции согласился с доводами апелляционного представления о том, что суд необоснованно не учёл в качестве отягчающего наказание осуждённого обстоятельства совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств.

Суд установил, что в момент совершения преступления Р. находился в состоянии наркотического опьянения. Данный факт полностью подтверждён приведёнными в приговоре доказательствами и не оспаривается самим осуждённым. Вместе с тем, вывод суда о том, что состояние одурманивания не способствовало совершению Р. данного преступления не может быть признан обоснованным, поскольку противоречит фактическим обстоятельствам дела. Несмотря на то, что Р. наркоманией не страдает, соответственно не имеет труднопреодолимой тяги к приёму наркотических средств, он с целью последующего личного употребления приобрёл путём получения в дар наркотическое средство в крупном размере, которое хранил при себе вплоть до того, как был замечен сотрудниками полиции.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что именно нахождение Р. в состоянии одурманивания наркотическими средствами снизило его контроль за своим поведением и способствовало совершению им данного преступления, в связи с чем, на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признал совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением наркотических средств, обстоятельством, отягчающим наказание.

Кроме того, при назначении осуждённому наказания не в полной мере учтены сведения, характеризующие его личность. Оставлено без внимания то, что при отсутствии наркотической зависимости осуждённый ранее неоднократно, начиная с 17 лет, употреблял наркотическая средства, приобретая их через интернет-магазин посредством закладок, что подтверждается исследованными в судебном заседании показаниями Р. в качестве подозреваемого и обвиняемого, достоверность которых никем не оспаривается и сомнений не вызывает. Данные обстоятельства указывают на вовлечённость осуждённого в сферу незаконного оборота запрещённых веществ и устойчивое не желание вести законопослушный образ жизни. Однако эти обстоятельства отражения в приговоре не нашли и соответствующей оценки со стороны суда первой инстанции не получили.

Санкция ч. 2 ст. 228 УК РФ предусматривает в качестве основного вида наказания только лишение свободы. Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого преступления и дающих основание для применения положений ст.  64 УК РФ, по делу не установлено. Оснований считать несправедливым назначенное осуждённому наказание в виде трёх лет лишения свободы, то есть в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 2 ст. 228 УК РФ, не имеется. Суд апелляционной инстанции нашёл его соразмерным содеянному и личности виновного. Иных смягчающих наказание обстоятельств, кроме указанных в приговоре, нет.

Выводы же суда первой инстанции о возможности применения положений ст. 73 УК РФ суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами представления прокурора, счёл необоснованными, поскольку они противоречат предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ целям уголовного наказания.

Апелляционное определение по делу № 22-0326/2016

 

3. Процессуальные вопросы

 

3.1. Возмещение процессуальных издержек в случае реабилитации либо имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы, осуществляется за счёт средств федерального бюджета.

Принятие решения о взыскании процессуальных издержек  допустимо только в судебном заседании с предоставлением осуждённому возможности довести свою позицию, в том числе относительно суммы взыскиваемых издержек.

 

Приговором Тейковского районного суда Ивановской области от 3 июня 2015 года Л.  осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам 4 месяцам лишения свободы  с ограничением свободы на срок 6 месяцев, оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ввиду отсутствия в деянии состава преступления с признанием права на реабилитацию в этой части.           

Судом принято решение о взыскании с осуждённого  суммы в размере 9 900 рублей, выплаченной адвокату Н., участвовавшей в рассмотрении дела в качестве защитника по назначению, за оказание юридической помощи. В данной части приговор отменен в кассационном порядке по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 132 УПК РФ осуждённый может быть полностью либо частично освобождён от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, находящихся у него на иждивении.

Возмещение процессуальных издержек в случае реабилитации либо имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы, осуществляется за счёт средств федерального бюджета.

В силу статей 45, 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующих каждому защиту прав и свобод, соответствующих положений УПК РФ, принятие решения о взыскании процессуальных издержек должно производиться в порядке, обеспечивающем осуществление такой защиты, допустимо только в судебном заседании с предоставлением осуждённому возможности довести свою позицию, в том числе относительно суммы взыскиваемых издержек.

На необходимость такого подхода при рассмотрении вопроса о взыскании процессуальных издержек с осуждённого указано в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 42, определениях Конституционного Суда РФ, в частности, от 12 ноября 2008 года N 1074-О-П.

Из материалов дела следует, что адвокат Н. трижды - 25 марта, 22 апреля, 2 июня 2015 года обращалась с заявлениями об оплате её труда по защите Л. в сумме 4950 рублей, 2200 рублей и 2750 рублей соответственно.

В эти же дни по заявлениям судом приняты решения о выплате вознаграждения адвокату за счёт средств федерального бюджета.

            Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания вопрос о взыскании процессуальных издержек в виде расходов на оплату труда адвоката рассматривался с участием сторон только 2 июня 2015 года.  

            При этом отражено поступление лишь одного заявления об оплате труда, которое в протоколе не индивидуализировано. Л. и защитник высказались против взыскания указанных расходов с осуждённого.

            Несмотря на позицию стороны защиты и факт реабилитации Л. в связи с оправданием по обвинению в совершении одного из двух инкриминированных преступных деяний, суд взыскал с осуждённого процессуальные издержки в полном объеме без приведения мотивов такого решения.        

Постановлением президиума Ивановского областного суда от 04 марта 2016 года приговор в части решения о взыскании с осужденного Л. процессуальных издержек отменен, дело в этой части передано на новое судебное рассмотрение в порядке исполнения приговора.

                                                                                         Постановление по делу № 44у –10/2016

3.2. Повторное участие судьи, высказавшего свою позицию по предмету судебного рассмотрения, противоречит содержанию ч. 2 ст. 61 УПК РФ.

 

Приговором мирового судьи судебного участка Заволжского судебного района Ивановской области от 13 октября 2015 года, оставленным без изменения апелляционным постановлением Заволжского районного суда Ивановской области от 21 декабря 2015 года, Б. осуждена по ч. 1 ст. 116 УК РФ к штрафу в размере 5 000 рублей.                                 

Судебные решения отменены в кассационном порядке ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона по следующим основаниям.

Согласно ст. 61 УПК РФ судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, если имеются обстоятельства, дающие основание полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ участие судьи в рассмотрении дела, если оно связано с оценкой ранее уже исследовавшихся с его участием обстоятельств по делу, является недопустимым.

Как следует из материалов уголовного дела, Б. осуждена мировым судьей М. за предусмотренное ч. 1 ст. 116 УК РФ преступление в отношении И., совершенное 12 июня 2015 года.

Ранее по жалобе частного обвинителя Б. по тем же обстоятельствам тем же мировым судьей приговором от 28 августа 2015 года по ч. 1 ст. 116 УК РФ осуждена И.

Приговор в отношении Б. постановлен судьей на основании доказательств, которые уже оценивались ею при постановлении приговора в отношении И.

Вышеуказанное обстоятельство препятствовало мировому судье участвовать в рассмотрении уголовного дела по существу, так как в ходе предшествующего производства по делу И. тем же судьей принято решение, касающееся существа рассматриваемого дела и находящееся в прямой связи с подлежащими отражению в приговоре в отношении Б. выводами о фактических обстоятельствах дела, о достоверности и достаточности доказательств.

Повторное участие судьи, высказавшего свою позицию по предмету судебного рассмотрения, противоречит содержанию ч. 2 ст. 61 УПК РФ.

Постановлением президиума Ивановского областного суда от 25 марта 2016 года    принятые по делу судебные решения отменены, а уголовное дело передано на новое рассмотрение другому мировому судье.

Постановление по делу № 44у – 16\16

 

3.3. По смыслу ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению с учетом степени вины каждого из них, то есть в долевом порядке.                    

Вопрос о наличии (отсутствии) оснований для освобождения лица от уплаты процессуальных издержек должен быть самостоятельным предметом судебного разбирательства, и осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

                                                                                                           

Приговором Ленинского районного суда г. Иваново от 2 июня 2015 года Р. осужден по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы, К. осужден по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 1 году лишения свободы.

На основании п. 5 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» осужденные освобождены от наказания.

В счет компенсации морального вреда с Р. и К. в солидарном порядке в пользу потерпевшего Л. взыскано 50 000 рублей.

С них же в солидарном порядке в пользу К.Н.В. взысканы процессуальные издержки в размере 75 000 рублей.

Постановлением того же суда от 2 июня 2015 года уголовное преследование Б. по данному делу прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью обвиняемого.

Судом при рассмотрении и разрешении уголовного дела допущены существенные нарушения закона.

В ходе судебного заседания достигшим совершеннолетия ко времени поступления уголовного дела в суд потерпевшим Л. заявлен иск к обвиняемым Р., К. и законному представителю несовершеннолетнего обвиняемого Б. – Б.Л.А. о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. Потерпевшей К.Н.В. заявлен иск к тем же лицам о взыскании процессуальных издержек, которые она понесла на оплату услуг адвоката А., представлявшего интересы её сына Л. на стадии предварительного следствия и в судебном заседании, в размере 75 000 рублей.

Указанным выше постановлением суда производство по искам К.Н.В. и Л. к законному представителю несовершеннолетнего обвиняемого Б. – Б.Л.А. на основании п. 1 ст. 418 ГК РФ прекращено.

Как следует из протокола судебного заседания, вопреки требованиям ч. 1 ст. 268 УПК РФ гражданским ответчикам Р. и К. права, предусмотренные ст. 54 УПК РФ, председательствующим не разъяснялись, их отношение к предъявленному потерпевшим Л. иску не выяснялось.

Несмотря на это, приговором суда с Р. солидарно с К. взыскано в счет возмещения морального вреда 50 000 рублей.

Устанавливая солидарную ответственность по возмещению морального вреда, суд не принял во внимание, что по смыслу ст. 151 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению с учетом степени вины каждого из них, то есть в долевом порядке.

Из установленных судом фактических обстоятельств совершения преступления следует, что и Р., и К. были совершены действия, находящиеся в прямой причинной связи с наступившими вредными последствиями. При этом в отношении каждого из них судом установлено наличие одних и тех же смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, однако, срок наказания назначен различный, что указывает на то, что степень вины каждого из осужденных является разной.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Процессуальные издержки могут быть взысканы и с осужденного, освобожденного от наказания (ч. 2 ст. 132 УПК РФ).

Процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета в случае имущественной несостоятельности лица, с которого они должны быть взысканы. Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного (ч. 6 ст. 132 УПК РФ).

Приведенные положения уголовно-процессуального закона предполагают, что вопрос о наличии (отсутствии) оснований для освобождения лица от уплаты процессуальных издержек должен быть самостоятельным предметом судебного разбирательства, и осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

Однако согласно протоколу судебного заседания мнение Р. и К. о возможности взыскания с них процессуальных издержек судом не выяснялось.

Определяя солидарный порядок взыскания с осужденных процессуальных издержек, суд не принял во внимание положения ч. 7 ст. 132 УПК РФ, в соответствии с которой, признавая виновными по уголовному делу нескольких подсудимых, суд определяет, в каком размере процессуальные издержки должны быть взысканы с каждого из них; суд учитывает при этом характер вины, степень ответственности за преступление и имущественное положение осужденного.

Таким образом, солидарный порядок взыскания процессуальных издержек уголовно-процессуальным законом не предусмотрен.

Указанные нарушения закона явились основанием для отмены приговора в части решения по иску о компенсации морального вреда с направлением дела на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства и в части взыскания процессуальных издержек с направлением дела на новое рассмотрение в порядке ст.ст.  397, 399 УПК РФ.

Постановление по делу № 44у-11/16

           

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

 

1.                  Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим

из гражданских правоотношений

 

1.1. Собственники жилого помещения и члены его семьи несут солидарную ответственность по обязательствам, вытекающим из пользования данным жилым помещением. Иной порядок может быть установлен только соглашением между ними.

 

ООО «Г» обратилось в Советский районный суд г. Иваново с иском к С., Ш., А.1, А.2, А3. о взыскании задолженности за потребленный газ. Исковые требования были обоснованы тем, что ответчики зарегистрированы и проживают с несовершеннолетними Ш.и А. в квартире и пользуются природным газом, поставляемым ООО «Г».

Решением Советского районного суда исковые требования удовлетворены частично. С Ш., С. и А.1  в солидарном порядке в пользу ООО «Г» взыскана задолженность за потребленный газ. В удовлетворении требований к С., Ш., А.1, А.2, А.3 отказано.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что задолженность должна быть взыскана в солидарном порядке только с Ш., С. и А.1, поскольку ответчики А.2 и А.3 оплатили задолженность пропорционально принадлежащим им долям и повторное солидарное взыскание с них оставшейся задолженности будет являться  неправомерным со стороны истца.

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда, рассмотрев апелляционную жалобу ООО «Г»,  с выводами суда первой инстанции не согласилась и в апелляционном определении указала, что солидарная ответственность собственника жилого помещения и членов его семьи по обязательствам, вытекающим из пользования жилым помещением, прямо предусмотрена ч. 3 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, если иное не установлено соглашением между ними.

Доказательств того, что  между ответчиками было достигнуто соглашение о несении расходов по оплате коммунальных услуг в ином порядке, в материалы дела не представлено.

Оплата А.2 и А.3 задолженности пропорционально принадлежащим им долям не может служить основанием для освобождения их от обязанности, установленной ч. 3 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, так как не свидетельствует о достижении такого соглашения.

При  таких обстоятельствах оснований для отказа в удовлетворении требований ООО «Г» о взыскании с ответчиков задолженности в солидарном порядке у суда первой инстанции не имелось.

Судебная коллегия определением от 27 января 2016 года отменила решение Советского районного суда г. Иваново от 07 октября 2015 года и приняла по делу новое решение об удовлетворении требований ООО «Г» ко всем ответчикам.

Определение по делу  № 33-22/2016

 

1.2. При определении размера неустойки, подлежащей взысканию со страховщика в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, следует учитывать время, когда был заключен договор страхования, при этом размер штрафа, подлежит определению на основании норм права, действовавших во время наступления страхового случая.

 

П. обратился в Фурмановский городской суд с иском к ЗАО СК «М»  о взыскании страхового возмещения, неустойки в размере 1% за каждый день просрочки от суммы невыплаченного страхового возмещения, а также штрафа в размере 50% от суммы удовлетворенных исковых требований.

Решением суда исковые требования П. удовлетворены частично, с ЗАО СК «М» взысканы: сумма страхового возмещения в размере 120000 рублей, неустойка в размере 256800 рублей, штраф в размере 188400 рублей.

Удовлетворяя требования истца о взыскании с ЗАО СК «М» неустойки и штрафа, суд руководствовался п. 21 ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО», п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", и п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" № 17 от 28 июня 2012.

Рассмотрев апелляционную жалобу ЗАО СК «М», судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда пришла к выводу о неправильном применении судом норм материального права.

Судебная коллегия указала, что при взыскании неустойки суд ошибочно руководствовался п. 21 ст. 12 Федерального закона «Об ОСАГО», так как им не было учтено, что указанная норма вступила в силу с 1 сентября 2014 года. Согласно Федеральному закону от 21.07.2014 N 223-ФЗ порядок, установленный данной нормой, подлежит применению к правоотношениям, возникающим из договоров страхования, заключенных после вступления в силу соответствующих положений Закона № 223-ФЗ.

Договор страхования был заключен между П. и ЗАО СК «М» 14 марта 2014 года, поэтому подлежал применению  п. 2 ст. 13 Федерального закона «Об ОСАГО», которым было предусмотрено, что при неисполнении обязанности по выплате страхового возмещения в установленный 30-дневный срок страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пени) в размере одной семьдесят пятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день, когда страховщик должен был исполнить эту обязанность, от установленной статьей 7 настоящего Федерального закона страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему.

В связи с этим, судебная коллегия пришла к выводу, что размер предлежащей взысканию с ответчика неустойки должен составлять  36828 руб.

При проверке решения суда в части взыскания штрафа судебная коллегия указала, что положения п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", которыми руководствовался суд первой инстанции, подлежат применению к спорам, возникшим по страховым случаям, наступившим до 1 сентября 2014 года.

Ввиду того, что страховой случай имел место после 24 декабря 2014 года, к данному спору подлежали применению положения ст. 16.1 Федерального закона «Об ОСАГО», которой предусмотрен штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

В этой связи штраф за неисполнение в добровольном порядке законных требований истца должен составлять 60000 рублей.

Определением судебной коллегии Ивановского областного суда от 02 марта 2016 года решение Фурмановского городского суда Ивановской области от 04 декабря 2015 года в части взыскания неустойки и штрафа изменено.

Определение по делу  № 33-429/2016

 

1.3. Удовлетворяя требования кредитора о солидарном взыскании с поручителей должника суммы долга, суд должен учитывать порядок удовлетворения требований конкурсных кредиторов, установленный в рамках рассмотрения дела о банкротстве.

 

ОАО НБ «Т» обратилось во Фрунзенский районный суд г. Иваново суд с исковым заявлением о взыскании с Г., Т. и К. в солидарном порядке задолженности по кредитному договору.

Решением суда исковые требования удовлетворены в полном объеме, с ответчиков в солидарном порядке взыскана сумма задолженности и расходы по оплате государственной пошлины.

При рассмотрении спора суд руководствовался ст. 309, 363, 811, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Проверяя решение суда по апелляционным жалобам Г. и Т., судебная коллегия установила, что решением Арбитражного суда Ивановской области ИП Г. признан несостоятельным (банкротом). Иски в отношении него в соответствии со ст.ст. 27 и 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат рассмотрению в порядке арбитражного судопроизводства.

Кроме того, определением Арбитражного суда Ивановской области требования ОАО НБ «Т» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП Г.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований к Г.

Вместе с тем в целях исключения двойного взыскания, которое могло привести к неосновательному обогащению истца, судебная коллегия указала  на солидарное исполнение решения суда с определением Арбитражного суда Ивановской области, которым требования ОАО НБ "Т" к Г. по кредитному договору включены в третью очередь реестра кредиторов.

Определением судебной коллегии от 13 января 2016 года решение Фрунзенского районного суда г. Иваново от 17 августа 2015 года отменено в части солидарного взыскания задолженности с Г., производство по делу в этой части прекращено, резолютивная часть решения суда изложена в новой редакции.

Определение по делу  № 33-4/2016

 

2. Процессуальные вопросы

 

2.1. Принятые судом меры по обеспечению иска должны соответствовать характеру заявленного истцом требования.

 

С. обратился во Фрунзенский районный суд г. Иваново с иском к ООО «И» о взыскании задолженности по договору подряда. При этом представителем С. заявлено ходатайство о принятии мер по обеспечению иска.

Рассмотрев данное ходатайство, суд принял меры по обеспечению иска в виде запрета ИФНС по г. Иваново совершать регистрационные действия по внесению в ЕГРЮЛ изменений в сведения о юридическом лице ООО «И.», изменений, вносимых в учредительные документы ООО «И.», действий по исключению из госреестра сведений в отношении ООО «И.».

Удовлетворяя указанное ходатайство, судья пришел к выводу о том, что непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Рассмотрев частную жалобу представителя ООО «И», судебная коллегия указала, что С. обратился в суд с иском  к ООО «И», в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу  сумму задолженности по договору на выполнение электромонтажных работ, право требования по которому перешло истцу на основании  договора цессии.

При таких обстоятельствах принятые судьей меры не соответствуют характеру заявленного истцом требования, учитывая предмет и основание заявленного иска, не касаются предмета спора, являются препятствием  к осуществлению хозяйственной (предпринимательской) деятельности общества, а также не отвечают целям обеспечения иска, предусмотренным в ст. 139 ГПК РФ, и противоречат ст. 140 ГПК РФ.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 18 января 2016 года определение Фрунзенского районного суда г. Иваново от 19 ноября 2015 года отменено, вынесено новое определение об отказе в принятии мер по обеспечению иска.

Определение по делу  № 33-160/2016

 

2.2. В случае, если производство по делу по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям окончено, оснований для возвращения искового заявления на основании п. 5 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ не имеется.

 

Б. обратился в Ленинский районный суд г. Иваново суд с иском к В. о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Определением судьи указанное  заявление было возвращено на основании п. 5 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ.

При вынесении определения судья исходил из того, что в производстве Ленинского районного суда г. Иваново имеется аналогичное дело, производство по которому на момент предъявления настоящего иска прекращено.

Рассмотрев частную жалобу Б., судебная коллегия указала, что принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции не учел, что при наличии вступившего в законную силу определения о прекращении производства по указанному делу, возврат искового заявления на основании п. 5 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ недопустим.

В принятии такого заявления может быть только отказано по правилам п. 2 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда от 13 января 2016 года  определение Ленинского районного суда от 12 октября 2015 года отменено, исковое заявление направлено на новое рассмотрение со стадии принятия к производству суда.

Определение по делу № 33-209/2016

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ

 

1.      Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим                                                      из административных и иных публичных правоотношений

 

1.1. Передача должником недвижимого имущества в доверительное управление не препятствует судебному приставу-исполнителю в рамках возбужденного исполнительного производства вынести постановление о запрете регистрационных действий в отношении данных объектов.

 

ЗАО «С» обратилось в Ленинский районный суд с административным исковым заявлением об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя МОСП по ИОИП Управления Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества.

В обоснование своих доводов ЗАО «С» указывало, что имущество, в отношении которого запрещены регистрационные действия, действия по исключению из госреестра, является объектом доверительного управления по договору доверительного управления, заключенному между ЗАО «С» (учредитель управления) и ООО «О» (доверительный управляющий). Из п. 2 ст. 1018 ГК РФ следует, что на имущество, находящееся в доверительном управлении, не может быть обращено взыскание по долгам учредителя доверительного управления.

Разрешая заявленные ЗАО «С» требования по существу, суд первой инстанции руководствовался ст. 1018 ГК РФ, п. 7 ч. 1 ст. 64, ст. 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и исходил из того, что запрет на распоряжение имуществом является элементом такой меры обеспечения исполнения решения суда, как арест, который применяется для обеспечения сохранности имущества, подлежащего передаче взыскателю или реализации. Суд пришел к выводу, что оспариваемым постановлением о запрете совершения регистрационных действий в отношении недвижимого имущества, фактически ограничил права распоряжаться имуществом ООО «О» и требования административного истца удовлетворил.

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда  с выводами суда первой инстанции не согласилась, так как пришла к выводу, что при рассмотрении и разрешении дела суд ошибочно приравнял исполнительное действие по запрету на совершение регистрационных действий в отношении имущества должника с мерами принудительного исполнения, установленными п. 1 и 5 ч. 3 ст. 68 Федерального закона «Об исполнительном производстве». Нормы  статьи 1018 ГК РФ не допускают совершение исключительно действий по обращению взыскания на имущество, переданное в доверительное управление. Из системного толкования норм ч. 1 ст. 64, ч. 1, п. 1, п. 5 ч. 3 ст. 68, ч. 1, 3, 4 ст. 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве» следует, что запрет на совершение регистрационных действий не может отождествляться с обращением взыскания на имущество и имеет иную цель, а именно, гарантию обеспечения прав и законных интересов взыскателя.

В этой связи определением судебной коллегии по административным делам Ивановского областного суда от 09 февраля 2016 года решение Ленинского районного суда г. Иваново от 15 октября 2015 года отменено.

Определение по делу № 33а-98/2016

 

1.2. Принудительный привод является санкцией за неявку по требованию судебного пристава-исполнителя. Для применении этой санкции необходимо установить факт уклонения лица от явки по соответствующему вызову.

 

К. обратился в суд с административным исковым заявлением об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя Ленинского районного отдела судебных приставов города Иванова Управления Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области  Т.

Решением Ленинского районного суда г. Иваново в удовлетворении административного иска К. к Управлению Федеральной службы судебных приставов  по Ивановской области, судебному приставу-исполнителю Ленинского районного отдела судебных приставов города Иванова Управления Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области Т. об оспаривании  действий судебного пристава – исполнителя отказано.

К. обратился с апелляционной жалобой в Ивановский областной суд.

Рассмотрев материалы дела, судебная коллегия по административным дела Ивановского областного суда решение суда первой инстанции отменила.

Судебная коллегия установила, что каких-либо доказательств уклонения К. – руководителя должника по исполнительному производству ООО «К» от явки по вызову судебного пристава-исполнителя в материалах исполнительного производства не имеется, в процессе судебного разбирательства представлено не было.

Факт направления в адрес ООО «К» извещений о явке к судебному приставу-исполнителю и выезд по адресу проживания К., о чем был составлен акт, согласно которому дверь не открыли  и оставлена повестка в ящике, также не свидетельствует об уклонении К. от явки к приставу.

Согласно выписке из  Единого государственного реестра юридических лиц К. является директором ООО «К», однако доказательств того, что он как руководитель организации, знал об обязанности явиться к судебному приставу-исполнителю, и уклонился от ее исполнения, не имеется в материалах исполнительного производства.

Поскольку принудительный привод является санкцией за неявку по требованию судебного пристава-исполнителя, при применении этой санкции необходимо выяснить: были ли ранее надлежащим образом оформлены вызов или извещение; имеются ли данные о получении извещения или вызова вызываемым лицом; не поступало ли от вызываемого лица сведений, подтверждающих невозможность явки в силу уважительных причин. При наличии этих обстоятельств отсутствуют основания для применения принудительного привода, в этом случае следует повторно вызвать лицо, участвующее в исполнительном производстве.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что суд первой инстанции сделал неправильный вывод о том, что оспариваемые действия должностного лица, по осуществлению принудительного привода должника, являются законными и решение суда отменила.

Определение по делу № 33а-15/2016

 

2. Процессуальные вопросы

 

2.1. В ходе рассмотрения административного искового заявления суд должен выяснить вопрос о наличии уважительных причин пропуска срока на обращение в суд. При разрешении данного вопроса суду надлежит исследовать все доводы заявителя, включая обстоятельства, имевшие место до подачи административного искового заявления.

 

Т. обратилась в суд с заявлением о признании незаконным постановления судебного пристава-исполнителя Шуйский РОСП.

Решением Шуйского городского суда Ивановской области отказано в удовлетворении административного иска.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что Т. пропущен десятидневный срок, установленный ч. 3 ст. 219 КАС РФ, так как данный срок надлежит исчислять с 16 июня 2015 года, поскольку в этот день Т. обратилась в Шуйский РОСП  с жалобой на постановление судебного пристава-исполнителя от 18 мая 2015 года о взыскании исполнительского сбора.

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда с данным выводом суда первой инстанции не согласилась.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции установлено, что судом первой инстанции  Т., отбывающей уголовное наказание, не была предоставлена возможность изложить свои доводы относительно наличия уважительных причин пропуска установленного законом срока на обращение в суд. Суд не предпринял мер получения соответствующих доказательств по собственной инициативе.

О наличии постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании исполнительского сбора от 18 мая 2015 года должнику Т. стало известно 20 мая 2015 года, когда по месту отбывания наказания она была ознакомлена с его копией, а также с копией постановления судебного пристава-исполнителя о направлении копии исполнительного документа для исполнения по месту получения дохода должника.

При таких обстоятельствах, десятидневный срок обращения в суд должен исчисляться с 20 мая 2015 года, а не с 16 июня 2015 года. Этот срок истек 1 июня 2015 года.

В пределах десятидневного срока Т. обратилась с жалобами на постановление о взыскании исполнительского сбора в прокуратуру Ивановской области и в УФССП России по Ивановской области.

В виду отказа в рассмотрении по существу жалобы, Т. обратилась в Шуйский городской суд Ивановской области с заявлением в порядке главы 25 ГПК РФ.

В последующем заявление Т. трижды оставалось без движения и было принято к производству только 13 августа 2015 года. Сведений о том, выносились ли судом определения о возвращении  ранее поданных заявлений, в материалах дела не имеется.

Таким образом, сроком обращения Т. в суд с административным иском следует считать 13 августа 2015 года, когда ФКУ ИК-3 УФСИН России по Ивановской области направило в Шуйский городской суд Ивановской области очередное заявление Т. об отмене постановления о взыскании исполнительского сбора, которое с учетом дополнений к нему было принято к производству суда 21 сентября 2015 года.

Судебная коллегия пришла к выводу, что в нарушение требований статьи 112 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» постановление о взыскании исполнительского сбора было вынесено судебным приставом-исполнителем преждевременно до истечения предусмотренного законом пятидневного срока для добровольного исполнения требований исполнительного документа, с которым Т. была ознакомлена только 20 мая 2015 года, и решение суда отменила.

Определение по делу № 33а-144/2016

 

2.2. Отсутствие в доверенности на представление интересов по делам, рассматриваемым в порядке, установленным Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, полномочий представителя на подписание административного искового заявления, возражений на административное исковое заявление и подачу их в суд не является основанием для возвращения административного искового заявления.

 

ООО  КБ «А»  обратилось в суд с административным исковым заявлением к судебному приставу-исполнителю Ленинского районного отдела службы судебных приставов г. Иваново Управления Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ивановской области о признании бездействия незаконным.

Определением Ленинского районного суда г. Иваново административное исковое заявление ООО КБ «А» к судебному приставу-исполнителю Ленинского РОСП УФССП России по Ивановской области, УФССП России по Ивановской области о признании бездействия незаконным возвращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 129 КАС РФ в связи с тем, что в доверенности, выданной представителю административного истца, подписавшему административное исковое заявление, не оговорено право представителя на подписание и предъявление в суд административного искового заявления.  

Судебная коллегия по административным делам Ивановского областного суда определение суда первой инстанции отменила, указав следующее.

В соответствии со ст. 56 КАС РФ представитель вправе совершать от имени представляемого им лица все процессуальные действия. В доверенности, выданной представляемым лицом, или ином документе должно быть специально оговорено право представителя на осуществление основных процессуальных действий, а также право на их осуществление самостоятельно или с согласия представляемого лица. В частности, в доверенности должно быть оговорено право представителя на подписание административного искового заявления и возражений на административное исковое заявление, подачу их в суд.

В силу п. 5 ст. 126 КАС РФ к административному исковому заявлению прилагается доверенность или иные документы, удостоверяющие полномочия представителя административного истца, документ, подтверждающий наличие у представителя высшего юридического образования, если административное исковое заявление подано представителем.

Верховный Суд Российской Федерации в Обзоре практики № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, указал, что статьями 56, 57 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлены новые правила, касающиеся содержания полномочий представителей, их оформления и подтверждения. Кроме того, указанный кодекс содержит отличную от Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации терминологию (административный истец, административный ответчик, административное исковое заявление и т.п.). Соответственно, доверенности, выданные представителям по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, до 15 сентября 2015 года, могут содержать термины и выражения, не совпадающие с используемыми в тексте Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Учитывая, что к административному исковому заявлению ООО КБ «А» приложена доверенность, подтверждающая полномочия представителя на его подписание и подачу в суд, а также документ, подтверждающий наличие у представителя высшего юридического образования, оснований для вывода о том, что административное исковое заявление подписано и подано неуполномоченным лицом, у суда не имелось.

Определение по делу № 33а-481/2016

 

СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

 

1.1. Признание лица потерпевшим по делу об административном правонарушении основывается на объективном причинении ему вреда противоправными действиями лица, привлекаемого к административной ответственности, и не зависит от волеизъявления лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении.

 

Постановлением старшего инспектора ООПАЗ УМВД России по Ивановской области прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 7.12 КоАП РФ, в отношении индивидуального предпринимателя С. в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

 Решением судьи Октябрьского районного суда г. Иваново по жалобе К. указанное постановление оставлено без изменения.

Ивановский областной суд, рассмотрев жалобу представителя К., постановление должностного лица и решение судьи Октябрьского районного суда г. Иваново отменил, дело возвратил на новое рассмотрение в ООПАЗ УМВД России по Ивановской области  по следующим основаниям.

Частью 25.2 КоАП РФ определено, что дело об административном правонарушении рассматривается с участием потерпевшего. В его отсутствие дело может быть рассмотрено лишь в случаях, если имеются данные о надлежащем извещении потерпевшего о месте и времени рассмотрения дела и если от потерпевшего не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

При этом право потерпевшего на участие в деле об административном правонарушении должно быть обеспечено независимо от того, является ли наступление последствий признаком состава административного правонарушения.

К., являлась лицом, обратившимся в УМВД России по Ивановской области с заявлением о привлечении к административной ответственности лиц, занимавшихся выпуском контрафактной продукции, указывала на то, что она является автором–обладателем исключительных прав на произведения дизайна моделей женской одежды.

Таким образом, Ивановский областной суд пришел к выводу, что К. являлась потерпевшей в силу ст. 25.2 КоАП РФ  несмотря на то,  что должностным лицом определение о признании К. потерпевшей не выносилось.

В нарушение ст. 25.2, ч. 4 ст. 26.4 КоАП РФ в период административного расследования должностное лицо не ознакомило К. с определением о назначении экспертизы, не извещало К. о факте назначения и проведения экспертизы, о лице, которому было поручено ее проведение, не ознакомило с результатами экспертизы, следовательно, К. была лишена возможности: заявить отвод эксперту, ходатайствовать о проведении экспертизы (исследования) другим лицом, поставить свои вопросы для дачи на них ответов экспертом. Допущенные должностным лицом и судом нарушения КоАП РФ явились существенными и повлекли отмену постановления и решения судьи районного суда.

Решением Ивановского областного суда от 02 февраля 2016 года постановление должностного лица и решение суда первой инстанции отменены, дело возвращено на новое рассмотрение в административный орган.

Решение по делу № 21-18/2016

 

1.2. В случае фиксации нарушения правил дорожного движения работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи, лицо, привлекаемое к ответственности, должно самостоятельно представить доказательства своей невиновности.

 

Постановлением врио начальника ЦАФАП ГИБДД УМВД России по Ивановской области, вынесенном в порядке ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ, Р. подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 2000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.9 КоАП РФ.

Р. был признан виновным в том, что 15 сентября 2015 года в 15 часов 00 минут у дома 1 поселка Кукарино водитель принадлежащего ему автомобиля превысил разрешенную скорость движения на 73 км/ч., двигаясь со скоростью 133 км/ч при разрешенной 60 км/ч., чем  нарушил требования  п. 10.1 ПДД РФ.

Решением начальника ЦАФАП ГИБДД УМВД России по Ивановской области и решением судьи Лежневского районного суда Ивановской области постановление оставлено без изменения.

Решение судьи Лежневского районного суда Ивановской области обжаловано в Ивановский областной суд.

В качестве доводов Р. указывал на то, что за рулем автомобиля в момент фиксации правонарушения находилась его супруга. Полагал, что письменных объяснений его супруги по данному факту было достаточно, в противном случае им бы было заявлено ходатайство о её вызове для дачи пояснений.

Ивановский областной суд, рассмотрев жалобу Р., оставил ее без удовлетворения.

Суд указал, что вывод судьи районного суда о законности постановления по делу об административном правонарушении основан на имеющихся в материалах дела данных комплекса фото-видеофиксации «КРИС-П» FP2126, а также на принадлежности транспортного средства Р., которую последний  не оспаривал.

Письменные объяснения супруги Р. были признаны областным судом недопустимыми доказательствами, так как в рамках производства по делу и в суде первой инстанции она не допрашивалась, следовательно, не предупреждалась об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 17.9 КоАП РФ, а права, предусмотренные ч. 3 ст. 25.6 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ ей не разъяснялись.

Показания супруги Р., допрошенной при рассмотрении дела в Ивановском областном суде, также не могли служить основанием отмены обжалуемого решения, так как возможность допроса указанного свидетеля ранее, с учетом обязанности доказывать свою невиновность, Р. не обеспечил, хотя и располагал такой возможностью. Ходатайство о вызове супруги в судебное заседание как до его проведения, так и в ходе рассмотрения жалобы судом, Р. не заявлялось.

Показания супруги Р., данные в Ивановском областном суде после истечения срока давности привлечения Р. к административной ответственности, были расценены как злоупотребление Р., являвшимся лицом, привлекаемым к административной ответственности, которое в соответствии с примечанием к ст. 1.5 КоАП РФ  обязано доказать свою невиновность,  своими правами.

Решением Ивановского областного суда от 25 февраля 2016 года решение суда оставлено без изменения, а жалоба без удовлетворения.

Решение по делу № 21-36/2016

 

1.3. Отсутствие знака 8.23 «Фотовидеофиксация» не свидетельствует о невозможности привлечения лиц к административной ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ.

 

Постановлением инспектора по ИАЗ ЦАФАП ГИБДД УМВД РФ по Ивановской области, вынесенном в порядке ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ, Д. подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 500 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ.

Д. был признан виновным в том, что водитель автомобиля ВАЗ 21134, принадлежащего Д., превысил разрешенную скорость движения на 27 км/ч., двигаясь со скоростью 87 км/ч при разрешенной 60 км/ч., чем  нарушил требования  п. 10.1 ПДД РФ.

Решением судьи Ивановского районного суда  Ивановской области постановление  оставлено без изменения.

Ивановский областной суд установил, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что знак 8.23 относится к категории «Знаки дополнительной информации (таблички)», которые согласно абз. 1 разд. 8 Приложения 1 к ПДД РФ уточняют или ограничивают действие знаков, с которыми они применены, либо содержат иную информацию для участников дорожного движения.

При этом ПДД РФ не содержат указаний на возможность ограничения или уточнения данными знаками осуществления иных действий, направленных на регулирование дорожного движения.

Часть 3 ст. 28.6 КоАП РФ не содержит указания на обязательное применение знака 8.23 при выявлении административных правонарушений, предусмотренных главой 12 КоАП РФ, с применением работающих в автоматическом режиме специальных технических средств, имеющих функции фото- и киносъемки, видеозаписи.

Знак 8.23 «Фотовидеофиксация» содержит информацию о возможности осуществления автоматической фото и видеофиксации правонарушений в зоне его действия, и его отсутствие не свидетельствует о невозможности привлечения лиц к административной ответственности в порядке ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ за административные правонарушения в области дорожного движения.

Отсутствие предупреждения водителя о возможности автоматической фиксации факта совершения им административного правонарушения не свидетельствует о предоставлении ему возможности не выполнять установленные ПДД РФ обязанности и ограничения, в том числе скорости движения транспортного средства и, следовательно, не освобождает его от ответственности за их нарушение.

Решением Ивановского областного суда от 14 января 2016 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения, а жалоба без удовлетворения.

Решение по делу №21-9/2016

 

1.4. Существенное нарушение должностными лицами органов контроля и надзора требований к организации и проведению проверки юридического лица или индивидуального предпринимателя влечет недопустимость использования при производстве по делу об административном правонарушении полученных в ходе такой проверки доказательств.

 

Постановлением главного государственного инспектора труда по Ивановской области (далее – ГИТ) генеральный директор ТРК был подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 2 000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ.

Решением судьи Фрунзенского районного суда  г. Иваново постановление отменено, производство по делу в отношении К. прекращено в связи с отсутствием события правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27  КоАП РФ.

Не согласившись с решением судьи, главный государственный инспектор ГИТ обжаловала его в Ивановский областной суд.

Рассмотрев жалобу должностного лица, Ивановский областной суд установил, что выводы судьи о наличии существенных нарушений требований Федерального закона от 26.12.2008 N 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», допущенных должностными лицами Ростехнадзора при проведении внеплановой документарной проверки ТРК, являются верными.

Судья верно установила, что из распоряжения руководителя ГИТ о проведении внеплановой документарной проверки ТРК следует, что основанием для ее проведения  послужило обращение должностного лица Администрации. Какого-либо указания на наличие приказа руководителя Роструда данное распоряжение не содержало. Иные основания проведения проверки до проверяемых лиц не доводились, при рассмотрении жалобы на постановление представителями ГИТ не указывались.

Таким образом, в нарушение ч. 3 ст. 11, ч. 1, ч. 2 ст. 14 Федерального закона № 294-ФЗ, законного распоряжения или приказа руководителя, заместителя руководителя органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля о проведении проверки в отношении ТРК не имелось.

Судьей было также принято во внимание, что обращение должностного лица Администрации не содержало сведений, которые могли повлечь угрозу причинения вреда жизни и здоровью работников ТРК. По этой причине обращение не могло быть принято в качестве основания проведения проверки, которое предусмотрено абз. 4 ч. 7 ст. 360 ТК РФ.

Таким образом, судья пришла к обоснованному выводу о проведении ГИТ внеплановой документарной проверки ТРК с нарушением требований, касающихся оснований проведения внеплановой проверки. В силу требований ст. 20 Федерального закона № 294-ФЗ указанные нарушения установленных требований к организации и проведению проверок являются грубыми и влекут признание недопустимыми всех доказательств, собранных в ходе ее проведения.

Поскольку сведений, свидетельствующих о наличии события административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ, полученных с соблюдением требований закона, материалы дела не содержат, судья обоснованно прекратила производство по делу в отношении К. на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Решением Ивановского областного суда от 02 марта 2016 года решение судьи Фрунзенского районного суда  оставлено без изменения.

Решение по делу  №21-44/2016

 

1.5. Решение Арбитражного суда является правовым актом, признающим юридически значимые обстоятельства по делу об административном правонарушении, и является обязательным для исполнения.

 

Постановлением инспектора Ростехнадзора генеральному директору ОАО «К.» назначено административное наказание в виде штрафа  в размере 30 000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 11 ст. 19.5 КоАП РФ.

Решением судьи Кинешемского городского суда Ивановской области постановление оставлено без изменения, жалоба В. – без удовлетворения. Из описательно-мотивировочной части постановления исключено указание на невыполнение В. предписания, изложенного в пункте 1 данного постановления.

При обжаловании решения в Ивановский областной суд В. указал, что судом не была дана оценка вступившему в законную силу решению Арбитражного суда, которым предписание Ростехнадзора было признано недействительным.

Ивановский областной суд жалобу В. удовлетворил, постановление инспектора Ростехнадзора и решение суда отменил, производство по делу прекратил.

Принимая решение, Ивановский областной суд исходил из того, что из буквального толкования диспозиции ст. 19.5 КоАП РФ следует, что объективная сторона предусмотренного ею состава административного правонарушения состоит в невыполнении в установленный срок законного предписания об устранении нарушений законодательства.

Для привлечения лица к административной ответственности за указанное правонарушение необходимо установить законность предписания, которое может являться самостоятельным предметом обжалования, в том числе в порядке главы 24 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда, вступившем в законную силу, предписание было признано недействительным.

При таких обстоятельствах признание в установленном законом порядке недействительности предписания влечет отсутствие в действиях В. состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 11 ст. 19.5 КоАП РФ.

Вывод судьи городского суда о том, что решение арбитражного суда не имеет преюдициального значения по данному делу, признан ошибочным.

Решение Арбитражного суда являлось правовым актом, признающим юридически значимые обстоятельства по данному делу, и  было обязательным для исполнения.

Решением Ивановского областного суда от 16 февраля 2016 года постановление должностного лица отменено, производство по делу об административном правонарушении, прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решение по делу  №21-27/2016

 

1.6. Отсутствие у водителя, оставившего место ДТП, участником которого он является, намерения скрыться с места ДТП или избежать привлечения к ответственности не свидетельствует о наличии в его действиях состава правонарушения, установленного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. 

 

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Фурмановского судебного района Ивановской области от 19 ноября 2015 года, оставленным без изменения решением судьи  Фурмановского городского суда Ивановской области от 11 января 2016 года,  Ц. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ и ей назначено административное наказание в виде лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год.

Суды пришли к выводу, что Ц., управляя транспортным средством, в нарушение п. 2.5 ПДД РФ оставила место дородно-транспортного происшествия, участником которого являлась.

Однако при рассмотрении жалобы на вступившее в законную силу решение Ивановским областным судом было установлено, что Ц., не выполнив свои обязанности водителя, не пыталась скрыться с места ДТП вопреки законным интересам других участников дорожного движения либо с целью избежать привлечения к ответственности, а лишь осложнила процедуру оформления ДТП.

Судом было принято во внимание, что из протокола об административном правонарушении и пояснений свидетеля Ф. следует, что после ДТП Ц. стала вызывать скорую помощь, но из-за волнения не дозвонилась, пыталась остановить попутное транспортное средство, но никто не останавливался. Испугавшись за жизнь мальчика, вместе с прохожей женщиной, погрузила ребенка в автомобиль и отвезла его в больницу, где хотела сообщить о факте ДТП в полицию, но врач сказал, что сообщил в ГИБДД. Затем в больницу приехали сотрудники ГИБДД и стали оформлять документы.

Факт отсутствия попутных машин отражен в протоколе об административном правонарушении в графе «объяснения лица» Ц.

Из ответа главного врача больницы также следует, что Ц. высказывала намерение вернуться на место ДТП, но ей было рекомендовано находится в лечебном учреждении при оказании медицинской помощи пострадавшему в виду отсутствия одного из родителей.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об отсутствии в действиях Ц. состава правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и необходимости переквалификации ее действий на часть 1 данной статьи.

Решением Ивановского областного суда от 14 марта 2016 года постановление мирового судьи и решение судьи  Фурмановского городского суда Ивановской области от измены: действия Ц. переквалифицированы с ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.

Решение по делу № 4а-14/16

 

 

Отдел систематизации законодательства и аналитических обобщений